Рейтинг@Mail.ru
25-й кадр / Рецензии / Как я провел этим летом, 2010
Автор: Сергей СысойкинДата: 19.08.2010 15:23
Разместил: Егор Пичугов
Комментарии: (0)

«ОТЦЫ И ДЕТИ» ПОСРЕДИ БЕЛОГО ЧУКОТСКОГО БЕЗМОЛВИЯ

КАК Я ПРОВЕЛ ЭТИМ ЛЕТОМ
Жанр: триллер
2010, Россия, 124 мин
Режиссер: Алексей Попогребский
В ролях: Григорий Добрыгин и Сергей Пускепалис

ОЦЕНКА: 4

В советском кинематографе существовал целый жанр, посвященный рабочим профессиям. Молодежь строила БАМ, поднимала целину, поворачивала реки вспять. В общем, жила полноценной для того времени жизнью. Картина Алексея Попогребского "Как я провел этим летом", получившая неожиданное признание на юбилейном берлинском кинофестивале, своеобразный оммаж тем фильмам про суровых покорителей необъятных пространств своей родины. Чукотка, безмолвие, одинокая, затерянная среди белоснежной пустыни метеорологическая станция Аарчым. Два полярника – Сергей и Павел. Последний день дежурства, который в силу природных особенностей растягивается на месяцы.

В принципе, Попогребский медленно и неспешно собирает свой фильм-посвящение тире детское воспоминание по тем же лекалам, что делали другие до него, за исключением одного момента. Даже отличаясь по многим параметрам от своих современников, задействованных в российской "новой волне", Алексей, тем не менее, рефлекторно повторяет их главные кинопостулаты - неприятие реальности и инфантилизм. Это своеобразное реагирование на современность сегодняшнего поколения российских режиссеров. Естественно, подобная корреляция вполне объяснима по той простой причине, что фактура, от которой отталкивается режиссер, несоизмеримо отлична от той, советской, где рефлексия находилась под запретом.

Полярный триллер Попогребского построен на извечном противостоянии отцов и детей, только с наиболее большими последствиями для обоих фигурантов. Там, где малейшая ошибка может стоить жизни. Если раньше режиссер экспериментировал в обыденных условиях, сводя поколения то в роуд-муви по Крыму, то в декорациях большого города, то теперь конфликт приобретает более глобальные очертания и трагические тона. Снежная пустыня, еще больше подчеркивает ту пропасть, что существует между советским прошлым и российским настоящим. Серая, сливающаяся с окружающим ландшафтом форма Гулыбина и вызывающе-красная неуместная курточка Данилова. Тяжелый железный советский будильник и наручные японские электронные часы. Стойкость и надежность опытного полярника и юношеское раздолбайство стажера. Попогребский, кажется, намеренно сталкивает в одном месте людей из разного времени, разных моральных устоев и принципов, отстраненно наблюдая за тем, к чему это все в итоге приведет. RED-овская камера Костомарова последовательно, с маниакальным масштабированием фиксирует рудименты благополучно скончавшейся эпохи, сохранившиеся в отдельно взятом месте и вещи из другого, нового мира. И все только лишь затем, чтобы растворить их в белоснежных пейзажах Чукотки, живущей по своим неизменным на протяжении долгого времени законам.

Неприятие реальности в итоге выливается у Попогребского в бегство и детальное изучение природы кидалта, кажется, совсем неспособного научиться социализироваться и ошибочно принимающего жизненно важные решения на основе логики компьютерных игр и интернет-пространства. Неспособного адекватно действовать в экстремальных ситуациях, что зачастую приводит к трагедиям. С другой стороны, в современном мире начисто лишены возможности прижиться и люди советской закалки. Выкинутые на обочину жизни, они могут нормально существовать только там, где действуют старые и понятные советской ментальности законы. Вне времени, подчиняясь безликим командам и воспроизводя рутинную, никому ненужную работу. Винтики ржавой и неработающей системы.

У Попогребского оба героя не могут сойтись по причине тотального непонимания взаимного существования друг друга. Один ищет стабильность там, где ее нет, привыкнув жить понятно и распланировано, второй, видя, что уверенности в завтрашнем дне нет, разбазаривает жизнь по пустякам. Глубинная пропасть и нежелание наладить хоть какой-то контакт. Виртуальный и реальный эскапизм. Трагедия двух поколений. И холодное равнодушие окружающего мира. Сергей выполняет только рабочие обязанности, новые технологии для него недоступны, радость жизни сводится лишь к семье и нечастым самоволкам на катере. Павел – это ЖЖ, рок, грохочущий в наушниках и бесцельные пробежки около станции. Для Сергея неотличима друг от друга вся современная молодежь, для Павла непонятны каждодневные скучные и глупые работы. Станция, существующая по чьей-то прихоти свыше, данность, реалия. Место, где соединяется изначально несоединимое, на короткий миг, чтобы потом навсегда оттолкнуться, как однополярные заряды.

Вместе со своими героями бесконечно бежит и сам Попогребский. Спотыкаясь, оступаясь, но, продолжая рефлекторно двигаться, пытаясь думать на ходу. Понять и принять свою сущность. Однако богатая чукотская фактура берет в плен режиссерский замысел, поглощая его и нагло без спросу заменяя смысловую начинку, вынося за скобки обоих персонажей. Попогребский со своей медленной эстетикой оказался не в силах укротить дикую природу. Конфликт, волнующий режиссера, ставший камнем преткновения для новороссийской действительности, буквально на глазах отодвигается на задний план, а затем, совсем растворяется в монументальных пейзажах, сводя на нет то, что еще полчаса назад имело важность и смысл. В этом аспекте Попогребский вчистую проигрывает еще одному сверхнатуралисту от кинематографа Вернеру Херцогу – природа побеждает человека, окончательно и бесповоротно, придавая всей истории некий сверхсмысл. Даже нестандартный сценарный ход режиссера не спасает его от поражения.

"Как я провел этим летом" в итоге и становится тем самым сочинением на тему каникул, молодежным сленгом, неспособностью переосмыслить полученный опыт, бесконечным забегом под разухабистый рок. И как не парадоксально, с более глубоким подтекстом и во многом неосознанными точными аллюзиями на современность, нежели у правдорубов Сигарева, Мизгирева и Хлебникова. В конце концов, все человеческие страсти, как и сами их обладатели не вечны под луной. Кальваркай-2008, место, где проиграл человек, но все-таки выиграло кино. Хоть и лишенное катарсиса, как это принято в жанровом кинематографе. Обезличенное, но все же живое и имеющее право на жизнь.

Сергей Сысойкин
Нравится
Дайджесты
Номера
Вы не вошли на сайт!
Имя:

Пароль:

Запомнить меня?


Присоединяйтесь:
Онлайн: 0 пользователь(ей), 61 гость(ей) :
Внимание! Мы не можем запретить копировать материалы без установки активной гиперссылки на www.25-k.com и указания авторства. Но это останется на вашей совести!

«25-й кадр» © 2009-2017. Почти все права защищены
Рейтинг@Mail.ru
Наверх

Работает на Seditio