БАДДИ (BUDDY)
2026, США, 96 мин.
Жанр: ужасы, комедия
Режиссёр: Каспер Келли
В ролях: Дилейни Куинн, Калеб Уильямс, Кигэн-Майкл Ки, Кристин Милиоти, Тристан Бордерс, Мэдисон Скай Полан, Пэттон Освальт, Эрик Бауза

---

Каспер Келли проявил себя в одном из сегментов «З/Л/О: Хэллоуин», а до этого он занимался созданием короткометражек для Adult Swim. Что ж, забавно, что «Бадди» можно рассматривать и как часть «З/Л/А» (тут, наверняка, у Келли были свои источники вдохновения), и как что-то для Adult Swim. Ладно, сразу к делу: режиссёр берёт телевизионную эстетику американских 1990-х и выкручивает её до состояния кошмара. На этот раз мишень – детские шоу в стиле «Даши-путешественницы», «Телепузиков» и не особо известного в России «Барни»: пластиковое солнце, приклеенные улыбки и песни про дружбу. Только здесь оранжевый единорог по имени Бадди убивает детей, если те отказываются танцевать. Это «детское шоу из “Видеодрома”» оказывается подоступнее для зрителя, чем иная «галлюциногенная шиза»: жестокость хоррора смешали с креативом в затянутой чёрной комедии, которая, увы, не развивается дальше, чем её идея об экранизации несуществующей «крипипасты».

Сюжет начинается как марафон выжившего из ума шоу «Это Бадди!». В декорациях а-ля «Улица Сезам» собираются дети Фредди, Уэйд, Джош и Оливер, и появляется Бадди – огромный оранжевый единорог с фиолетовым сердцем на груди, зовущий всех на танцевальную вечеринку. Джош отказывается. Бадди сначала уговаривает, потом давит, потом убивает его за кадром. В следующем эпизоде Джоша уже нет, его место занимает Ханна, и никто не помнит пропажу. В какой-то момент дети понимают подвох и сбегают, после чего Бадди отправляется в погоню. Потом фильм прыгает в реальный мир: женщина по имени Грейс уверена, что у неё был третий ребёнок. Бадди заманивает Грейс через экран телевизора в свой мир.

Интересно, что Келли поднял довольно лютую мысль, разрывающую шаблоны: детское телевидение – это не невинность, а система принудительной радости. Бадди – какой-то обиженный божок с контролем чужого детства и любовь к нему – это условие. Сценарий показывает, как работает эта логика: эпизод заканчивается объятиями и песней, титры идут, а на следующем круге кровь уже вытерта. Дети медленно понимают, что они не актёры, а ресурс. Взрослые в реальном мире тоже не спасают – Грейс чувствует пропажу, но её никто не слушает. Это уже не сатира на тупизну «Телепузиков» и иже с ними, а разговор о том, как медиа делают из аудитории пленников. Тут же напрашивается сравнение с «Закулисьем реальности», «Скинамаринком» и прочими образчиками пресловутого «аналогового хоррора», а лимбом в данном случае оказалась убогая детская передача. Увы, вместо экзистенциального кошмара, Келли пошёл по очевидному пути, добавив кровь, неработающие (даже в контексте) шутки и практические эффекты, поэтому данная мысль не давит. Наверное, она и вовсе работает, пока фильм остаётся внутри шоу: как только действие выходит в реальный мир, в котором муж крутит пальцем у виска, передача про Бадди начинает звучать как объяснительная записка. Хоррор в детском шоу оказывается сильнее драмы про семью.

Реализация сильнее идеи в первой половине. Формат 4:3, плоский свет, оранжево-жёлтая палитра, декорации в стиле детского шоу, куклы, говорящий мусорный бак, поезд с руками – всё это сделано с любовью к аналоговому ужасу. Проблема повествования начинается в реальном мире: линия Грейс и её мужа выглядит как драма из другого фильма («Астрала»?), а переход через экран не объяснён даже намёком. Темп в середине провисает, финальное преображение Бадди в чудовище выглядит эффектно, но слабее камерного ужаса первого акта.

Те или иные психологические аспекты «Бадди» не особо убедительны, и, кажется, фильм был бы сильнее в формате мистификации-крипипасты с видеосервисов. Пока что Келли имеет хорошую идею, чьё воплощение довольно быстро теряет темп, создавая ощущение раздутой без причины короткометражки. Да, в «Бадди» всё равно есть яркие моменты, а «альтернативная чёрная комедия» может быть как забавной, так и вызывать ужас, однако, лента попросту не держит баланс между сатирой и слэшером, превращаясь в историю о необычной «бабайке».

Егор Рябцев