Рейтинг@Mail.ru
25-й кадр / Рецензии / Древо жизни (The Tree of Life), 2011
Автор: Михаил ТарасовДата: 11.06.2011 12:28
Разместил: Юлия Талалаева
Комментарии: (8)

КВАДРАТ МАЛИКА

ДРЕВО ЖИЗНИ (THE TREE OF LIFE)
Жанр: экзистенциональная притча
2011, США, 138 мин.
Режиссер: Терренс Малик
В ролях: Брэд Питт, Шон Пенн, Джессика Честейн, Фиона Шоу, Уилл Уоллес

ОЦЕНКА: 4,5

Вышел новый фильм Терренса Малика. Событие, безусловно, большое, и вовсе не из-за того, что режиссер до безобразия редко радует общественность перлами своего выдающегося творчества. Снимай он хоть по 3 фильма в год вопреки всему, что было раньше, «Древо жизни» ворвалось бы в киномир, будто пылающий метеорит, несущаяся черная дыра, влекущая сознание вслед за белым кроликом. Когда объявили, что картина осенена Золотой пальмовой ветвью, возникло бунтарское желание обязательно посмотреть эту работу, чтобы непременно уличить фестивальное жюри в недостаточной глубине понимания или, еще веселее, зашоренности и предвзятости. Нет, не получится. У Де Ниро сотоварищи не было ни одного шанса выбрать какой-либо иной фильм. Почему?

Сюжет любого хорошего фильма пересказывать бесполезно. Вербальное представление событий – это неизбежное упрощение, обесцвечивание и потеря смысла. Для «Древа жизни» такие рассуждения справедливы более чем. Дело усугубляется еще и тем, что фабула картины, если где и развивается, то это место находится точно не на грешной Земле и даже вне досягаемости многометровых телескопов. Им недоступны те сокровенные альковы сознания и памяти, воображения и размышления, галлюцинации и наваждения, в которые отправляется кинокамера. Единственный опыт, который способен хотя бы отдаленно показать архитектуру этого древа, походит либо на шаманский ритуал, дарующий путешествия по реке воспоминаний, либо на куда более бытовое действо. Можно, допустим, вырвать страницы из учебника биологии с теми параграфами, где рассказано о возникновении нашей планеты, жизни и последующем ее существовании, перемешать их с даосистскими фолиантами, сложить получившуюся пачку с парой семейных фотоальбомов, пропустить всю эту кипу через мясорубку, а вышедшей бумажной трухой набить самокрутку. После чего закурить сей косячок из слов и мудрости, смачно втянув свинцовый дым человеческих жизней, и тогда, вероятно, вам откроется дивный Сезам видений и миражей, море, разлитое между родительским домом и куполом мироздания.

Снимки того фотоальбома станут живыми отражениями на воде, и око оператора упадет в их глубь, чтобы торопливо, будто экономя задыхающееся время, следить за кротким мальчиком, растущим в семье из трех братьев, очаровательной оранжевой мамы и сурового отца. Чтобы не созерцать, но действовать, разглядывать природу и людей, словно ощупывая их прикосновениями света. Здесь мир зеленых лужаек, одноэтажной Америки, традиционного быта, мир из горя и любви, злобы и нежности, лжи и искренности, непреходящих сомнений и вечных истин. Здесь живут, взрослеют и, разумеется, умирают. Все должно быть обычно, но так не получается. Ведь режиссер уже показал нам зыбкую пучину космоса, звездные туманы, в которых время растворилась в пустоте, пространство превратилось в холодные айсберги лучистой плазмы, парящей в бездне вселенского вакуума, что будто вскипает отблесками зарождающейся материи. Мы ослеплены этой невыразимой симфонией бытия, сердце наше остановлено сверкающей красотой и величественными хоралами божественного амфитеатра. Потому привычная человеческая жизнь кажется нам необыкновенно значительной, а всякий ее момент судьбоносным – из тех, к которым спустя годы мысленно возвращаешься, словно к источнику собственной души.

По вопросу о смысле жизни, как сразу определили тему картины, Малик не изобретает велосипеда, он в принципе не собирается говорить что-то непостижимо-сакральное и не тянется к потусторонним откровениям. В мире есть добро – белое, мягкое, ласковое, радующее солнечной теплотой материнского лица, мир не может без зла – строгого, грубого, жесткого, пугающего твердостью отцовских рук. Впервые в жизни, открывая глаза, мы встречаемся с этими неразделимыми противоположностями, их постоянный конфликт, словно бытовая ссора, поселяется в нас до самой смерти, создает духовные кризисы, муки сомнения и неизбывную тоску существования. Но, вырываясь из поля земного притяжения, пускаясь в скитания по бесприютной равнодушной вечности, лишь один ответ ждет нас у точки схождения неба и земли. Нет ни добра, ни зла – и всюду лишь одинокие люди, которые ищут прожитые ими жизни.

В «Древе жизни» Малику удалось найти точную стилистическую систему и нащупать тот образный язык кино и слова, возможности которых он довел до физического предела, вплотную подступившись к некой уже не преодолимой границе человеческого восприятия. И это легко почувствовать в финале картины, которая по гладкой гиперболе устремляется в бесконечное приближение к асимптоте, старается хотя бы на мгновение притронуться к прямой абсолютной истины, но раз за разом, кадр за кадром ничего не получается, и потому режиссер блаженно отпускает своих героев в призрачный туман иного мира. Малик дошел до края собственной земли, дальше в ее координатах – лишь пустота; он написал свой личный Черный квадрат: теорема доказана – решения нет.

Сеанс фильма напоминает долгое погружение в безвоздушное пространство, дыхание останавливается, сознание расплывается в череду зыбких видений, пестрых, оранжево-сине-красных, ты летишь все ниже, скользя по певучим струнам изумительно прекрасной картины, но внизу – лишь мрак. И в этот-то момент внезапно, одним ударом на тебя падают заключительные титры – вынырнул, схватил ртом воздух. Фильм закончился, но в голове раздает эхом какое-то удивительное ощущение странности окружающей действительности. Будто до сеанса все было чуть-чуть по-другому, но сейчас то ли незаметно трансформировалась реальность, то ли твое сознание подверглось чудесному аудио-визуальному воздействию. Но, как и многие великие фильмы, пересматривать «Древо жизни» вряд ли захочется. Ибо путешествие в инобытие – далеко не самое приятное дело. И, выходя из кинозала, проскальзывает тихая радость, что все вокруг такое обычное, вещественное и осязаемое. Терренс Малик – гениальный режиссер, и ему за это хочется отдать еще множество наград, лишь бы больше не тонуть в бездонном вакууме вселенной. Вполне может быть, что примерно такой логикой и руководствовалось каннское жюри. Мысли и образы Малика шире и глубже нашего скромного мирка, но его банальная ощутимость и простота все-таки нужнее и важнее, чем все трансцендентное и экзистенциальное. И пусть так будет хотя бы до того момента, пока мы живы.

Михаил Тарасов
Нравится
 
Комментарии:
1. IgRoman 11.06.2011 17:30
Ух, вот это рецензия! Браво Михаил!
2. Игорь Талалаев 11.06.2011 18:35
Ай да Пушкин, ай да сукин сын!
3. Айна Курманова 12.06.2011 00:53
Очень бы хотела чтобы этот фильм оставил такие же впечатления. Но не свезло, сижу и весь день шиплю на свое главное разочарование этого года.
4. Михаил Тарасов 12.06.2011 01:46
Да, Айна я прочитал вашу блоговую запись и мне очень понравилось, особенно то, что разные мнения по фильму вызваны в общем-то не самим фильмом, а, наверно, разным отношением к жизни. Поскольку и в моем и вашем текстах есть на удивление сходные тезисы, характеризующие фильм. Вот

Айна: "топтаться у края бездны"

Я: "дошел до края собственной земли"

Айна: "автор сводит глобальность истории в степень минус бесконечности"

Я: "по гладкой гиперболе устремляется в бесконечное приближение к асимптоте" (весело, что обе метафоры математические и математически они обозначают абсолютно одно и то же:) )

Айна: "все действо сопровождает беспрерывным поток банальностей"

Я: "Малик не изобретает велосипеда, он в принципе не собирается говорить что-то непостижимо-сакральное и не тянется к потусторонним откровениям"

- но оценка этих особенностей фильма у нас кардинально отличается. Причина, вероятно, кроется в этих фразах: "маликовский космос оказался на удивление говорлив и говорит он все больше на полном серьезе прямым текстом о том, о чем все прогрессивное человечество догадывалось уже давно и без «Древа» Что небо голубое, мир прекрасен и удивителен, и нужно творить добро, посадить дерево, родить сына, а смерть – это только начало новой жизни." и "его (мира) банальная ощутимость и простота все-таки нужнее и важнее, чем все трансцендентное и экзистенциальное". Эти слова показывают особенности нашего отношения уже не к фильму, а к действительности.

Кроме того, мне кажется, что изображением Малик сказал гораздо больше, чем словами, и, думаю, вышло так потому, что смысл жизни словами в принципе нельзя выразить, а если попытать, то получатся только банальности или идиотский выпендреж.
5. Михаил Тарасов 12.06.2011 01:47
Форма фильма адекватна своему содержанию, по другому о вселенной вообще и человеке в этой вселенной, наверно, и не снимешь. Уверен, что Малик снимал фильм не для того, чтобы сказать какую-то оригинальную вещь, это, видимо, связано с его годами, просто когда-то наступает такое время, что хочется говорить простые сто лет известные мысли, быть может, потому, что кроме них на самом деле, ничего другого нет (ну, в данном дискурсе).

И еще касательно самого смысла жизни. Если он вообще есть, то соприкосновение с ним, похоже, способно довести лишь до самоубийства. Ну, опять же другой любитель ярких цветов и неописуемых бездн вселенной - Даррен Аронофски в "Фантане", как вы знаете, еще раньше снял "Пи" - фильм без всяких там красот. Так вот, ежели смысл жизни существует, то он есть в числе пи, потому что все можно выразить сочетанием цифр, а все сочетания цифр есть в числе пи. По сюжету "Пи" (если мне память не изменяет) главный герой подбирается к какой-то тайне этого числа, может быть, к этому сокровенному смыслу, а в результате что? Пробитая голова.

Поэтому я так подозреваю, что знание смысла жизни с жизнью несовместимо. А поскольку всю эсхатологию вместе со всеми идеями о существовании разума вне материи - я резко отрицаю, то считаю, что до понимая этого пресловутого смысла добраться нельзя. Максимум - это то, что сделал Малик, показал какое-то завораживающее живое сияние, показал красоту мира, красоту людей, ну, значит, вот там где-то во всей этой красоте и есть смысл жизни, людям недоступный.
6. Айна Курманова 12.06.2011 11:31
Quote

Кроме того, мне кажется, что изображением Малик сказал гораздо больше, чем словами

Я думаю, что лучше бы ему тогда вообще слов не использовать, как и всей этой мишуры (формы), призванной прикрыть на мой взгляд как раз отсутствие содержания. Это все сироп и ваниль, чтобы легче было проглотить. "Фонтан" Аронофски, кстати, считаю самым ужасным фильмом Аронофски, при том, что я вообще его не люблю.

Рецензия то мне ваша понравилась, а вот сам фильм - нет. При том, что Малик мне всегда нравился, была рада когда его наградили в Каннах, давно следила за этим проектом, изначально была настроена с симпатией, он мне нравился и кадрам, и в динамике, и первые минут 30 я честно пыталась его полюбить, несмотря на то, что он стал меня резать еще с первых минут, когда Шон Пенн произносит какой то машинный и пафосный монолог про "людей псов". Короче, увы-увы...Как по мне, то Малик снял свой самый худший фильм...

ЗЫ Михаил, а давайте, в следующий раз перейдем на "ты"
7. Milan 13.06.2011 14:56
Ну что ж, даже не знаю,когда получится встать на чью-либо сторону) в провинцию не завезли ленту разумеется, а данных о двд нет(
Изначально настроен к Маллику нейтрально. Предыдущие работы его хороши, но в экстаз не вводили
8. Михаил Тарасов 13.06.2011 15:13
Да у нас тоже вполне себе провинция (г. Курск, 500 тыс. населения), но фильм все-таки завезли, на недельку так 2 сеанса в день по вечерам. Ну и что бы вы думали - на перовом показе было 5 человек вместе со мной :))
Дайджесты
Номера
Вы не вошли на сайт!
Имя:

Пароль:

Запомнить меня?


Присоединяйтесь:
Онлайн: 1 пользователь(ей), 34 гость(ей) : Егор Пичугов
Внимание! Мы не можем запретить копировать материалы без установки активной гиперссылки на www.25-k.com и указания авторства. Но это останется на вашей совести!

«25-й кадр» © 2009-2020. Почти все права защищены
Рейтинг@Mail.ru
Наверх

Работает на Seditio