Рейтинг@Mail.ru
25-й кадр / Статьи / Разделы / Ретро / Людмила Гурченко. Часть 4 из 4
Автор: Илья СтрекаловДата: 04.04.2021 12:43
Разместил: Игорь Талалаев
Комментарии: (1)
Горбачёвская «перестройка» стала, как надеялись и считали многие деятели культуры и искусства, временем творческой свободы, возможностью делать то, что хочется им, а не идеологам и пропагандистам правящей партии.


ЛЮДМИЛА ГУРЧЕНКО: АКТРИСА НЕПОВТОРИМОЙ ЭПОХИ

Отгремели прекраснейшие киноленты с участием Людмилы Гурченко. В сущности, это был второй пик её кинокарьеры — после оглушительного успеха «Карнавальной ночи» в годы начала хрущёвской «оттепели». Утвердившись на этом кинематографическом пике, она встретила эпоху перемен в истории нашей страны. Пятый съезд советских кинематографистов, прошедший в мае 1986 г., смело заявил о конце партийной цензуры в кино и объявил о переходе проката на рыночные рельсы. Людмила Марковна, как и многие другие, тоже надеялась на перемены. А какими они были, как стало меняться советское кино?

Оно действительно стало свободным. Оно даже порой открыто становилось «несоветским»: всё чаще и резче киношники выходили за рамки официоза, стали подниматься самые разные «запрещённые» раньше темы, вызывавшие поистине культурный шок у привыкшего к каким-то определённым сюжетам советского зрителя, стали появляться самые разные молодые артисты, на вид с харизмой, а по факту – отнюдь не всегда таланты. Но люди быстро привыкли видеть на экране что-то «новое»... Людмила Марковна спустя годы признавалась: когда она видела новых людей в кинематографе в то время, то старалась им «не мешать», как будто бы несколько отстраняясь. Но не сниматься не могла – боялась потерять профессию, боялась, что новый виток новой эпохи приведёт к тому, что она «вылетит» из профессии, как то было в 60-е годы. Страх творческого простоя преследовал её всю жизнь... Поэтому она снималась в очень разных картинах. Какие-то из них остаются в памяти после просмотра, какие-то – нет.

К последним, например, относится сериал «Претендент» 1987 года о таинственной гибели популярного журналиста одного телеканала из зарубежной капиталистической страны (с неизменным – пока ещё – подтекстом: в капстране жизнь людей куда невыносимей, чем в Стране Советов). Героиня Гурченко в нём – один из свидетелей тяжкой жизни этого непростого человека, и вроде бы всё хорошо, но насколько оригинальнее в кадре выглядит, скажем, оператор, которого сыграл Леонид Каневский (кроме сериала «Следствие ведут знатоки», обычно игравший второй план или вовсе эпизоды в разных фильмах), не говоря уже о Юрии Яковлеве или главном герое – расследующем убийство журналиста его коллеге, блестяще исполненным Леонидом Филатовым. Тем не менее, нельзя сказать, что «Претендент» – сериал проходной. В нём и яркая сюжетная интрига, и ансамбль замечательных артистов, в котором, собственно, Людмила Марковна находится абсолютно на своём месте – а что нужно сверх этого?

Другое дело, когда, допустим, музыкальность Гурченко явно и неприкрыто использовали в своих целях для украшения фильма: яркий тому пример «Имитатор» (1991) с Игорем Скляром и Алексеем Жарковым в главных ролях. Людмила Марковна играет артистку из творческого коллектива, она просто поёт и произносит какие-то отдельные реплики, а потом внезапно «исчезает» из кадра, и повествование крутится вокруг главных героев. Согласитесь, не большая роль и совершенно проходная: вспомним, ведь «Полёты во сне и наяву» тоже не могут гордиться большим хронометражем сцен с участием актрисы, но как её таланту дал раскрыться Роман Балаян... Олег Фиалко, снимая «Имитатора», очевидно, о том совершенно не думал.

Самый известный «перестроечный» фильм с участием Людмилы Гурченко – это, конечно, музыкальная комедия «Моя морячка» 1990 года с Михаилом Державиным в главной роли. Актриса, бесспорно, замечательно справляется с ролью массовика-затейника, организатора конкурса по поиску талантов, весьма органично смотрится в одном кадре с хорошо известным советским эстрадным юмористом, провинциалом, приехавшим на отдых в Крым и выигравшим конкурс с песней про морячку. При просмотре этой картины ловишь себя на мысли, что её лёгкость, лиричность – как и в случае с другим фильмом с Гурченко, «Наша дача», увидевшем свет в том же году, – совершенно не вяжется с тем, что происходило в то время в Советском Союзе, находившемся на грани катастрофы...

Что до «Нашей дачи», то её сюжет, строящийся вокруг типичной, перемежающейся лирическими и ироничными нотками ссоры между родственниками дедушки-интеллигента (особенно хорошо контраст показан между героинями замечательных актрис – уже упомянутой нами Людмилы Марковны и хорошо известной по картине «Покровские ворота» Инной Ульяновой) из-за принадлежащей ему дачи (кому же наследство?), заканчивается весьма неожиданно драматическим образом. Фильм, по ощущениям являющийся «белой вороной» для глубоко перестроечного 1990-го, в самом своём конце, в рассуждениях престарелого владельца дачи, достойно сыгранного Иваном Лапиковым, об истории семьи и культуре страны, в тех страшных событиях, которые неожиданно потрясают гостей его дачи, становится словно фатальным пророчеством того трагического конца, который уже совсем скоро будут обречены пережить все советские граждане.

Думы о России, само собой, становятся бесконечными и неизбежными в эпоху перемен. «Прости нас, мачеха Россия» – ещё одна кинокартина 1990 года, в которой, кстати, вновь и сразу же после «Нашей дачи» встречаются Людмила Гурченко и хорошо известный советскому зрителю уроженец Литовской ССР Юозас Будрайтис. Их творческий тандем с успехом дополнил не менее достойный и прославленный артист Пётр Вельяминов. Не самая известная кинолента, которая, однако, заслуживает внимания: размышления о жизни и стране, законе и справедливости, войне и мире пронизывают диалоги и монологи главных героев, в том числе и следователя Зиминой, прибывшей к «старому», обвинительного уклона следователю для повторного рассмотрения дела Рогова, когда-то осуждённого по статье об измене Родине. Зимина думает, что Рогов не виновен в совершении столь тяжкого преступления, и хочет его реабилитировать.

А на дворе 1964-й год... вот-вот Хрущёва снимут с руководства партией, придёт Брежнев. Совершенно очевидный и единственный вывод для «перестроечного» автора сценария о том, чем в связи с переменой политического климата может закончиться такой сложный драматический фильм. И, одновременно, выход трагический для главной героини. Да и так ли прост «старый» следователь, сыгранный Вельяминовым, быть может, у него были какие-то свои резоны на то, чтобы действовать так, а не иначе? Зимина словно «вызывает духов» свидетелей по уголовному делу, которых уже нет в живых, пытаясь зацепиться хоть за что-то, могущее оправдать Рогова. Неимоверно тяжело: где истина, правда, достоверность, можно ли их поймать в разговорах, выловить их из прошлого, из того, чего больше нет? Кажется, именно в поисках ответа на этот вопрос и потерялась следователь Зимина, героиня Гурченко: она, с такой лёгкостью и энтузиазмом, стремлением к восстановлению справедливости взявшаяся за это уголовное дело, испытывает перерождение – отчётливо видно, как её лицо с ходом повествования картины всё больше и больше наливается тяжестью, становится напряжённым, не выносящим происходящего. Возможно, это одна из самых трагических ролей Людмилы Гурченко в кино.

Не менее, однако, трагична в её исполнении и Анна – работница питейного заведения, занимающаяся отмыванием преступно нажитых денег в драме Геннадия Глаголева «Ожог», снятой двумя годами ранее, в 1988-м. Внешне идущий незатейливым повествованием о жизни образцового рабочего, сыгранного прекрасным Алексеем Булдаковым, фильм то и дело прерывается депрессивной, нагнетающей атмосферу музыкой и эпизодами из колонии поселения, где живут отбывающие наказание молодые люди, а то и вовсе сценами насилия. Герой Булдакова, примерный трудящийся семьянин, оказывается, имеет и несколько «тёмную» сторону жизни: любимую женщину на стороне, героиню Гурченко, которая в момент, когда над их подпольной организацией нависла милиция, передаёт ему пакет с ценностями, в котором лежит иностранная валюта – вещь по советским временам однозначно преступная, за хранение такого запросто сажали в тюрьму. Но главный герой не знает о содержимом пакета.

Анна, уговорившая его схоронить эти ценности, между тем, вовсе не типичная для преступного мира низкопробная воровка: она не питает никаких иллюзий и понимает, что так хотела счастливой жизни... Но не сложилось: мужчина, который так нравился, – в семье, а чтобы жить, так сказать, «прилично», за стойкой бара не заработаешь, нужно связываться с «леваками», весьма опасными людьми. Когда она плачет, обняв героя Булдакова, когда рыдает за решёткой от невозможности жить с мыслью, что вовлекла в преступление невинного, но любимого ею мужчину, невольно приходит на ум мысль: снова она, Раиса Захаровна из фильма «Любовь и голуби», снова она, трагедия несостоявшейся женщины – только из совсем другой, «перестроечной» эпохи, из другой социальной среды, из туманных времён теневого бизнеса, где каждый шаг может стоить тебе и свободы, и здоровья, и жизни. Малоизвестный фильм, но достойный просмотра. Равно как и размышлений.

Невероятно провокационной, если так можно утверждать, в карьере Людмилы Гурченко стала кинолента «Сексказка», снятая Еленой Николаевой и увидевшая свет в 1991 году. Это последний год советского кино. Да и было ли оно ещё советским? «Сексказка», снятая по мотивам рассказа «Сказка» ставшего в своё время скандально известным (благодаря другой своей литературной работе) русского эмигрантского писателя Владимира Набокова, сверх меры наполнена внешне обычно не обсуждающейся и «запретной» темой об интимных фантазиях главного героя, сыгранного совсем молодым (известным зрителю в качестве «гардемарина») Сергеем Жигуновым. Гурченко – это дьявол, чёрт во плоти по имени Диана, которая играет с главным героем в коварную игру. Но разве можно что-то выгадать в сделке со злом? Об этом и картина. Гурченко видела в ней творческий эксперимент, новое веяние времени, которое ей захотелось прочувствовать через себя. И несмотря на то, что сама по себе «Сексказка» по большей части была или не понята, или забыта зрителем (для которого тогда, в 1991-м, впрочем, подобные кинооткровения были шокирующими), в личной жизни актрисы случился куда более значимый и серьёзный эксперимент.

...Декабрь 1991-го. Красный флаг опускается над Московским Кремлём. Советский Союз навсегда прекратил своё существование. Как, собственно, и советское кино. Свобода и перемены, которых люди хотя бы на словах и демонстрациях так просили, наступили, казалось, в самой что ни на есть полной мере. Иди, твори всё, что душе твоей угодно! Но кинематограф, как и многие виды искусства, пережил страшные времена. Вчерашние народные артисты всех мастей, которых все любили и уважали, еле сводили концы с концами. Многие попросту умерли в те лихие годы. Людмиле Гурченко, признаться, повезло: ведь, несмотря на тяжкую перестройку не только в стране, но и в собственной личной жизни, она встретила надёжного человека.

Более того, как бы спорно это ни звучало, по «горячим следам» развала СССР Людмила Марковна реализовала своё кинематографическое завещание или, если угодно, «послесловие» к своим ролям. Название первого постсоветского фильма с её участием как бы говорит само за себя – «Прощальные гастроли» (1992), где она замечательно вписалась в творческий квартет, состоящий также из Нины Усатовой, Ольги Остроумовой и набиравшей тогда популярность молодой Светланы Рябовой. Актрисы провинциального театра, едущие на гастроли в Москву, – исполнение заветной мечты режиссёра, в своё время покинувшего столицу из-за партийно-идеологических рамок. Прима театра Нина Владимировна, которую играет Гурченко, знает гораздо больше своих коллег о его прошлой и личной жизни. Размышления о жизни, о том, что могло бы быть достигнуто и так и не свершилось – то, что больше всего занимает её ум в сравнении с куда более лёгкими и просто воспринимающими всё вокруг артистками. И как быть, когда многое уже позади, можно ли что-то исправить, пока не случилось… непоправимое? А ведь оно, к несчастью, случится. Извечный вопрос, ответа на который, однако, нет и никогда не будет. Героиня Гурченко это прекрасно понимает – и зритель, разумеется, вместе с ней. Это ещё одна не очень известная, но пронзительная драматическая роль Людмилы Марковны.

Был и небольшой музыкальный фильм «Люблю», вышедший в 1993 году. Это творческий опыт сотрудничества с тогда ещё совсем молодым режиссёром Фёдором Бондарчуком, когда Людмила Гурченко (как и в случае с картиной «Моя морячка») выступила в качестве композитора. Актриса не просто пела песни, но и во многом вела диалог со зрителем, который смотрел этот фильм: ей так давно хотелось с кем-то поговорить... Особенно отчётливо это заметно по параллельно снимавшейся картине «Послушай, Феллини!». Прославленный мэтр мирового кино Федерико Феллини, известный всем своими лентами «Сладкая жизнь» и «Восемь с половиной», ушёл из жизни 31 октября 1993 года. Главная же героиня Гурченко – актриса, записывающая на камеру актёрскую пробу для великого деятеля кино, как бы обращающаяся к нему. И что же мы видим? Человека артистичного, талантливого, неординарного, который в первые годы жизни в постсоветской России просто оказался потерянным.

Потерянность – то, что пронизывает образ актрисы, сыгранной Гурченко. То и дело иногда отходя за «кулису», чтобы отпить коньяку (а потом уже и откровенно неприкрыто делая это), она то танцует, то поёт, то просто размышляет о жизни, о приводящих в замешательство новых временах: дозволенность всего граничит с откровенной похабщиной, власть денег – с ненужностью талантов и вполне себе способными бездарностями, не умеющими ничего, кроме того, чтобы выполнить заказ продюсеров. Мысли об истории страны, об обществе, которого мы как будто и не знаем... О том, что такое жизнь, что ждёт нас в будущем. «Послушай, Феллини!» – вещь, которую рекомендуется, конечно, смотреть без отрыва от экрана: что называется, зритель, послушай Гурченко. Этой актрисе определённо есть что рассказать о жизни. И, на самом деле, здорово, что она так часто и так открыто делилась с людьми своими размышлениями – и в ролях, и в книгах, и в самого разного рода интервью. «Послушай, Феллини!», кажется, стал некой квинтэссенцией всех рассуждений Людмилы Гурченко о жизни. Неким её итогом всего, что было сделано в кино.

Потом... потом, конечно, были другие картины. Это и крайне спорные «Старые клячи», и безутешная попытка повторения успеха полувековой давности в «Карнавальной ночи 2» со стороны Эльдара Рязанова, и множество различных сериалов. Среди последних выделяются разве что «Шукшинские рассказы» (2002), где в одном из эпизодов – «Бессовестные» – пожилая героиня актрисы рассуждает о любви и совести, ну и откровенно фривольный комедийный гротеск смеха и абсурда «Осторожно, Задов!» с Дмитрием Нагиевым, где Людмила Марковна изображает его страстную пассию. Всё остальное просто не выдержало проверку временем. (42-45) Только лишь во многом автобиографичные «Пёстрые сумерки» (2010 г.), поставленные самой Гурченко от начала до конца по мотивам её собственной истории о помощи слепому мальчику с музыкальными способностями Олегу Аккуратову, должны были оказаться по-настоящему достойными внимания зрителя. Но то уже был другой зритель — привыкший к перестрелкам, скорости, крови, компьютерной графике... в большинстве своём ему оказались не так уж интересны в хорошем смысле слова традиционные, классические музыкальные и вообще творческие находки замечательной актрисы.

Время, казалось, кончилось. Но только не для Людмилы Гурченко. Последние два десятилетия, испытывая немало проблем со здоровьем, борясь с бесконечными кампаниями в «жёлтой» прессе по поводу скандалов вокруг своей семьи, Людмила Марковна много записывала песни и альбомы, концертировала по стране. Свою музыкальность она не забывала, стремилась воплотить в жизнь эту сторону своего таланта. Играла и в театре, который, правда, всегда был для неё на втором плане в сравнении с кино. Было и какое-то разочарование в современности. В последние годы своей жизни актриса признавалась, что тогда, в «перестройку», они выступали за свободу, поверили в перемены, но чем всё кончилось? Потерянностью... Куда исчезло настоящее кино?

Да, как будто бы и цензуры нет, делай всё, что пожелаешь. Но «зажим» есть, просто он теперь другой, со стороны денег и производства. Продюсер запускает исключительно то, что принесёт ему прибыль, только то, что пойдёт на потребу невзыскательной широкой публике, а не то особенное, «штучное», что творчески замыслит и предложит артист, сценарист, режиссёр. Другие времена – другие ценности. Пришла пора подводить итоги: личная жизнь не очень-то удалась, в профессии же что сыграно – то сыграно; иными словами, что не сделано – того уже не воплотишь. Но несмотря на все свои заслуги в киноискусстве, поистине народная артистка Людмила Гурченко никогда не зазнавалась. На желание именовать её «великой» она обрывала интервьюера и отвечала: «Не говорите “великая”, мы все – нормальные».

Последние полгода её жизнь была невероятно скоростной: «Пёстрые сумерки», празднование 75-летия, многочисленные интервью, съёмки музыкального фильма «Легенда» в Киеве в январе 2011 года – последние съёмки. И, конечно, клип на песню «Хочешь?» Земфиры, которую так талантливо, в своём стиле исполнила Гурченко. Мрачный, почти инфернальный клип на неё, где как бы её тень встречается с призраками прекрасных актёров – Миронова, Янковского, Никулина, Борисова, Евстигнеева... – с которыми она когда-то вместе работала, которых уже не было в живых. Они ушли, она осталась одна. Именно съёмка этого клипа по роковому стечению обстоятельств оказалась последней в жизни актрисы. «Только не уходи», поёт она невероятно надрывным голосом. Но все рано или поздно неизбежно уходят, увы...

Прошло целых десять лет после её смерти. В современном российском кино, и это очень хорошо заметно, буквально сменилось целое поколение. Когда идёшь в кинотеатр посмотреть какие-то новинки проката, видишь, что иногда бывают неплохие фильмы, что есть хорошие актрисы. Может быть, даже талантливые. Но после каждого такого похода приходишь к одной мысли. Если это и есть современные таланты, то сегодня, вступая в третье десятилетие XXI века, мы поставлены перед простым фактом: эпоха гениальности в отечественном (и, скорее всего, зарубежном) кино окончательно ушла в историю. Эпоха многогранности, невероятности, яркости, силы, воли, глубины мысли, неповторимости её выражения, наконец, бесконечной преданности Искусству. Одним из действующих лиц той эпохи была и она. Людмила Гурченко.




Илья Стрекалов
Нравится
 
Комментарии:
1. Арсений 05.05.2021 23:33
Хороший обзор. Согласен, что напрасно забыт "Рабочий поселок". И - где-то до года 88 неудачных работ у нее, считаю, не было (хотя, конечно, бывали неудачные фильмы). А потом как-то более натужно пошло.
Дайджесты
Номера
Вы не вошли на сайт!
Имя:

Пароль:

Запомнить меня?


Присоединяйтесь:
Онлайн: 0 пользователь(ей), 97 гость(ей) :
Внимание! Мы не можем запретить копировать материалы без установки активной гиперссылки на www.25-k.com и указания авторства. Но это останется на вашей совести!

«25-й кадр» © 2009-2021. Почти все права защищены
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика
Наверх

Работает на Seditio