Рейтинг@Mail.ru
25-й кадр / Статьи / Разделы / Культовое кино / Долларовая трилогия
Автор: Их многоДата: 12.07.2009 23:30
Разместил: Евгений Северин
Комментарии: (2)

ЗА ПРИГОРШНЮ ДОЛЛАРОВ (A FISTFUL OF DOLLARS)
НА НЕСКОЛЬКО ДОЛЛАРОВ БОЛЬШЕ (FOR A FEW DOLLARS MORE)
ХОРОШИЙ, ПЛОХОЙ, ЗЛОЙ (IL BUONO, IL BRUTTO, IL CATTIVO)

Жанр: вестерн
Год выхода: 1964, 1965, 1966
Производство: Италия
Режиссер: Серджио Леоне
В ролях: Клинт Иствуд, Джан Мария Волонте, Ли Ван Клиф, Элай Уоллак

- Бакстэры там. Рохо там. А я как раз посередине.
- И что ты посередине делаешь?

(с) Разговор из фильма


ЗА ПРИГОРШНЮ ДОЛЛАРОВ

В пустынный город Сан-Мигель приезжает крайне подозрительный человек. Встречают его в Сан-Мигеле не очень дружелюбно. Зайдя в один из пустынных баров пустынного города, человек спрашивает у бармена «Чего так грустно у вас?», на что бармен отвечает «А чему, собственно, радоваться? Город под контролем двух воюющих между собой преступных группировок, одна из них - Бакстэры, другая - Рохо. Стреляют у нас часто, поэтому жители города как-то все больше грустят - лучшего друга на следующий день запросто могут убить. Жен в городе вовсе не осталось - одни вдовы, народ по барам также не ходит, единственный человек, у которого есть работа - гробовщик...»

После этого подозрительный мужчина идет и отстреливает тех, кто крайне недружелюбно встретил его в пустынном городе Сен-Мигель, а именно - людей банды Бакстеров. Затем присоединяется к банде Рохо и, неплохо зарекомендовав себя там, перебегает к... Бакстерам. Отстреливает и тех и других, а попутно помогает простым смертным.

Но ничто не может идти так гладко.


«A Fistfull of Dollars» - первый фильм из так называемой «долларовой трилогии» Серджио Леоне, жанра спагетти-вестерн. Леоне взял за основу фильм Акиры Куро-савы «Yojimbo», заменил самураев на ковбоев, Японию времен гражданской войны — на Дикий Запад времен гражданской войны, а на главную роль позвал Клинта Иствуда - молодого, никому не известного тогда актера, создавшего ультрахаризма-тичный образ сурового мужчины с 45-ым в одной руке и запаленной сигарой в другой. И буквально за пригоршню долларов снял х/ф «За пригоршню долларов». Что характерно, изначально Леоне пророчил главную роль известному Чарльзу Бронсону. Но тот, увидев сумму гонорара, лишь посмеялся над предложением «безумного итальянца», впоследствии чего сильно пожалел, т.к. фильм собрал внушительную по тем временам сумму в $15 млн. (при бюджете в 200 тысяч).

Пытаясь сравнить «A Fistfull of Dollars» с другими вестернами, неизменно заходишь в тупик - ибо он не похож на все остальные фильмы этого жанра, сделанные американцами для американцев. Ведь «За пригоршню долларов» - это совсем не «Рио Браво», не «Золото Маккены», не «Великолепная семерка» (хотя этот фильм также является ремейком другого фильма Куросавы «Семь Самураев»), персонаж Человек-без-имени, великолепно сыгранный Клинтом Иствудом, совсем не похож на Стива Маккуина или Джона Уэйна. Общая сюжетная канва и персонажи, встречающиеся в данном фильме, не имеют ничего общего с американскими вестернами. «Fistfull of Dollars» - это определенно новая веха в жанре, хотя, конечно, назвать данный фильм шедевром не получается никак, потому что «За пригоршню долларов» - не шедевр. Это крепкий фильм с крутым главным героем, небанальным сюжетом, отлично прописанными диалогами (хотя последних невероятно мало), хорошим черным юмором, грамотной режиссурой и отменной музыкой Эннио Мор-риконе, который в будущем напишет музыку ко всем остальным фильмам Леоне.

Однако несмотря на то, что эта картина - итальянский ремейк японского фильма про самураев, в «За пригоршню долларов» не чувствуется дух вторичности, просто потому, что фильм чертовски странен и необычен. Конечно, можно поставить в вину режиссеру нарочито скупую манеру повествования и то, что сюжет совершенно прост, и некоторые сценарные нестыковки. Но почему-то делать этого не хочется. Мы наслаждаемся красивейшими пейзажами, хотя помним о неторопливости фильма. Мы восхищаемся отличной музыкой, хотя понимаем, что в ней, в общем-то, нет ничего особенного, но в канву фильма она вписывается просто идеально. Мы смотрим на Иствуда и понимаем, вот он - герой - простой, как две копейки, суровый, как настоящий охотник, крутой, как танк, спокойный, как слон. И мы даже не можем представить себе в этой роли кого-нибудь другого (а ведь помним о Бронсоне).

Кстати, как так получилось, что итало-вестерн с никому не известными актерами, снятый итальянцем на мизерный бюджет, собрал такую внушительную кассу, - спросите вы? Все дело в том, что Леоне четко понимал, что заманить родного ему зрителя на итальянский вестерн практически невозможно, и он пошел на небольшую хитрость - мало того, что пригласил неизвестного Иствуда именно этот фильм и дал мощный толчок вперед его карьере), так ведь еще и в титрах половину итальянских фамилий поменял на американские. Так продюсеры фильма Арриго Коломбо и Жожрио Папи стали Гэрри Коломбо и Джорджом Папи. Джан Мария Волонте переименован в Джонни Уэллса, композитор Эннио Морриконе стал Дэн Савио, а сам Леоне назвался и вовсе Бобом Робертсоном.

Ну и в довершении всего этого театра теней было еще и то, что Леоне ошибся в англоязычном названии фильма! Да-да, в самой первой американской версии картины была допущена опечатка - слово «Fistful» было написано с двумя «I», да к тому же официально на бумаге фильм обозначен как «A Fistful of Dollars», а в начальных титрах мы видим -«Fistful! of Dollars». Кстати, само название проекта придумали за три дня до премьеры в Италии, а изначально фильм должен был именоваться «The Magnificent Stranger». Что характерно, о смене названия ничего не сказали Клинту Иствуду, который не знал, что картина с его участием приносит хорошую кассу.

Многие ошибочно полагают, что Клинт Иствуд создавал образ «Человека без имени» сам. Это неверно. Данный образ создавал Серджио Леоне. В частности, он обязал Клинта носить пончо - чтобы выглядеть более широкоплечим. Также Леоне буквально заставил Иствуда курить сигары. Клинт, никогда до этого не курящий, отказывался как мог, но так и не сумел переубедить Серджио. Кстати, когда Леоне предложил Иствуду сыграть во второй части трилогии, Клинт настоятельно попросил убрать из его образа сигары - «Серджио, я сделаю все что нужно, только убери от меня эти чертовы сигары!» - говорил он. Но Леоне оставил все, как было.

Мало того, что режиссеру пришлось пойти на всевозможные хитрости, дабы привлечь итальянского зрителя, так еще и поспе довольно успешной премьеры фильма в Италии автор оригинала Акира Ку-росава, вероятно обидевшись на то, что его имя не указали в титрах, подал в суд. И, понятное дело, выиграл - ему отошли права на показ фильма в Японии. Из-за этого судебного процесса премьера фильма в Америке немного запоздала - всего на 3 года. Но все это того стоило.

Фильм стал суперхитом, как в Италии, так и в Америке, и во всем остальном мире. Молодого и харизматичного Иствуда стали приглашать на главные роли. О режиссере Леоне заговорили, продюсеры сразу же приготовились выдать деньги на постановку продолжения, но Серджио спешить не хотел.

История о суровом мужчине с сигарой и в пончо, под которым на поясе находится револьвер, действительно удалась. При всех своих недостатках, это новая веха в жанре спагетти-вестерна и вестерна вообще. Начало гениальной трилогии. Крепкое кино. Отличный вестерн. Безусловно, культовое кино.

- Мексиканцы там. Американцы там. А я опять посередине...(с)


НА НЕСКОЛЬКО ДОЛЛАРОВ БОЛЬШЕ


Отличительной особенностью самых лучших фильмов Серджио Леоне является их соответствие правилу «одного дыхания». Вот и «На несколько долларов больше», эта «золотая середина долларовой трилогии», смотрится с захватывающим дух упоением. С первых аккордов неповторимой музыкальной темы от маэстро Морриконе, которая сопровождает традиционно анимированные титры, и до финального «The End» (под ту же самую мело-дию) зритель всецело растворяется в действе. Он с головой погружается в знаменитую атмосферу спагетти-вестернов. Попадает на Дикий Запад, кишащий алчными, ни во что не ставящими человеческую жизнь бандитами и несущими справедливость, но при этом не забывающими о собственной выгоде, героями.

В 1965 году Леоне и Ко, вновь освоив скромный бюджет, но, уже взяв за основу оригинальный сценарий, подарили миру своеобразное продолжение вестерна «За пригоршню долларов». Кроме имен создателей, картины объединяет создающее небольшую путаницу название (снова доллары, только в немного другом контексте), а также центральный, ставший визитной карточкой Клинта Иствуда, персонаж. Как известно, его герои Джо и Мэнко, а затем и Блондинчик, - это не один и тот же человек. Но такова уж особенность «долларовой трилогии»: герои Иствуда, Ван Клифа, Волонте тасуются, принимают новые, иногда и противоположные по характеру, обличья. Но подробнее об этом чуть позже.

Заводя речь о сюжете «На несколько долларов больше», стоит в очередной раз напомнить, что перед нами именно спагетти-вестерн, именно вестерн Леоне. Тут свои, отличные от канонов голливудской жанровой классики правила и законы. Дьявольски меткие стрелки, разрешающие все проблемы без лишней затраты боеприпасов. Повсеместные поединки, где в живых остается быстрейший. Герои и их конфликт -стержень фильма. Все остальное - фон.

«Там, где жизнь ничего не стоит, иногда обретает ценность смерть. Вот почему появились охотники за убийцами». Таким начальным титром обрисовывается направление, которым поведет нас постепенно раскручивающий свой маховик событий сюжет. Знакомьтесь: полковник Мортимер, невозмутимый обладатель внушительного ружейного арсенала. Охотник за головами номер один. По очередности появления в фильме, но не по статусу. Хотя лично он в своем превосходстве не сомневается, есть готовый с этим поспорить «Человек без имени». Встречайте: еще один баунти-хантер, все же имеющий псевдоним «Мэнко» (в переводе с итальянского - «однорукий»), в фирменном пончо и шляпе, с традиционной сигарой во рту. Оба протагониста не чураются грязной и небезопасной работы по отстрелу преступников всех сортов и мастей. Они рады любой возможности получить на несколько долларов больше. А у полковника в этом бизнесе имеется и свой, особый интерес.

Тем временем в игру вступает коллектив бандитов-рецидивистов. Главарь -редкостный негодяй по кличке Индеец. Под его началом собралось десятка полтора человек, за голову каждого из которых полагается кругленькая сумма. Индеец успевает освободиться из ненадежной тюрьмы, жестоко отомстить своему обидчику и начать планировать ограбление крупного банка.

Понятно, что встречи полковника и «Человека без имени» с членами этой банды не избежать. Остаются лишь детали. Вот на них, на этих нюансах, периодически используя фирменные приемы, уместно накладывая потрясающую музыку однокашника Морриконе, играя с сюжетом и зрительским интересом, Леоне и строит свой фильм. Смотрящийся на одном дыхании и вот уже на протяжении четырех десятков лет поражающий воображение.

Наверное, многие согласятся с тем, что уровень режиссуры, общий уровень фильма повышался прямо пропорционально выходу картин «трилогии» на экраны. В «Пригоршне» Леоне делал первые пробы пера, первые эксперименты. В «На несколько долларов больше» он оттачивал свой стиль, закрепляя наработки и привнося новые элементы. Апогей же был достигнут в масштабном, народно любимом «Хорошем, Плохом, Злом», а затем и в идущем вне «трилогии», но имеющем нечто общее с нашим фильмом «Однажды на Диком Западе».

Итак, вернемся к истории о противостоянии охотников за беглыми преступниками и банды головорезов. Леоне предстает здесь во всей красе. Тут вам и долгие панорамные съемки, и наиболее эффектно применяемые в следующих работах мастера крупные планы лиц актеров. Тут и звенящие в пылающем жаром воздухе паузы, создающие непередаваемое напряжение и цементирующие остросюжетную основу повествования. В напичии сцены насилия, не способные удивить современного зрителя, но весьма откровенные для 60-ых. Присутствует и щепотка юмора в виде жителей городка Эль Пасо: колоритная парочка держателей отеля, находчивый пацаненок, дедок-пророк, обитающий в довольно шумном жилище, ну и китаец-носильщик, в сцене первой очной встречи главных героев так уморительно не совладавший со своими нервами.

Как упоминалось выше, вестерны Серджио Леоне славятся своими героями, которые отличаются глубокой степенью проработки характеров. В фильмах мастера нет места безликим и плоским персонажам. Эта картина - не исключение. Мэнко Иствуда, полковник Мортимер Ван Клифа, Индеец Волонте - все они объемны донельзя, все излучают мощную энергетику и харизму. Эти трое, да еще великолепный Элай Уоллак (Туко, он же Злой), - самые главные актеры «трилогии». Подробнее о каждом.

КЛИНТ ИСТВУД. Его «Человек без имени» - сквозной персонаж «долларовой трилогии». Именно она дала толчок его карьере, именно с невозмутимым стрелком с Дикого Запада у многих любителей кинематографа ассоциируется Иствуд в первую очередь. Неподражаемая фактура, океан харизмы. Стопроцентное попадание в образ -безграничное сопереживание зрителей.









ЛИ ВАН КЛИФ. Благословенен день его встречи с Леоне. В ту пору Ван Клиф был не в лучшей форме - почти не снимался, имел проблемы с алкоголем. Но в итоге американец был взят на одну из главных ролей. Конечно, это нельзя сравнивать, например, с камбэком а-ля Траволта в «Криминальном чтиве», но факт остается фактом: Ли Ван Клиф знаменит именно ролями в двух картинах Леоне. Интересно, что сыгранные им персонажи совершенно полярны по своим характерам. Полковник Даглас Мортимер суров и беспощаден. Но перед нами положительный герой. Чего не скажешь о его бандите по кличке Ангельские Глаза из «Хорошего, плохого, злого». Там он действительно плохой.




ЖАН МАРИЯ ВОЛОНТЕ. Снялся в двух первых фильмах. Оба раза воплотил яркий образ отъявленного негодяя, но, конечно, его Индеец (El Indio) получился более объемным и сложным, чем Рамон Рохо в «Пригоршне». У Индейца темное, ведущее к богатому на события настоящему прошлое, и вследствие чего довольно неопределенное будущее.

Среди всех ролей второго плана, будь то жители города или бандитская массовка просто нельзя не упомянуть бладающего великим, в полной мере раскрывшимся позднее актерским талантом Клауса Кински. В данной картине у него второстепенная роль эмоционально неуравновешенного бандита-горбуна. Кински ни у кого не украл фильм, но однозначно украсил его своим присутствием.

Безумный, под выражение глаз, смех Индейца, бескомпромиссные, вселяющие смятение и страх в бандитские души поступки охотников за головами. Все они, и плохие и хорошие, брутальны до дрожи в коленях, метки до восхищенного изумления, отчаянно смелы и решительны. Все обладают нравом круче скал Большого Каньона (даром, что съемки фильма проходили далеко от них: на другом континенте, в солнечной Испании). Большинство выстрелов в фильме производятся с филигранной точностью, балансирующей на грани между легким преувеличением и откровенной гиперболой. Хотя есть тут и «пальба вхолостую», т.е. не по принципу «один выстрел - одна жертва», но она эпизодична и производится лишь бандитами-статистами. Да, снова эти детали и штришки. В них самый сок.
Конфликт тройки главных героев по ходу действия принимает различные формы, обнажает новые подробности и окончательно разрешается лишь в заключительные минуты. Поддерживаемая путем использования флэшбэков и нагнетаемая периодически звучащей мелодией карманных часов интрига приводит к не сильно оригинальной, но, несомненно, проникновенной концовке.

Кстати, о той самой мелодии. Забавно, но, обитая в каждом десятом мобильном телефоне, большинство своих хозяев вопросом о происхождении их рингтона она поставит в тупик. Как известно, автора этого культового мотива зовут Эннио Морриконе. Многие его саундтреки обретают подобный статус. Маэстро, что уж тут сказать. А его тесное сотрудничество с Леоне породило, пожалуй, один из самых замечательных творческих тандемов режиссер-композитор.

В заключение хочется поговорить об очень высоко ценимой поклонниками «трилогии» связке героев Иствуда и Ван Клифа. В погоне за длинным долларом они объединяют свои усилия. Ведь членов банды Индейца, этих живых трофеев, не мало, и провести задержание с элементами обезвреживания будет куда как легче на пару. Такой вот союз не мог не вызвать удивление тех зрителей, кто волею судеб сначала познакомился с «Хорошим, плохим, злым». И, может быть, кто-то из них окрылялся фантазией типа: «А вот бы Блондинчик и Ангельские Глаза оказались по одну сторону баррикад!». Мечты сбываются.

МЭНКО И ПОЛКОВНИК МОРТИМЕР. Они вдвойне быстрее, метче и умнее. Конечно, они не неуязвимы, но очень и очень опасны. Занятно, что при разнице в возрасте между актерами всего в пять лет, на протяжении всего фильма в совместных сценах они иронично называют друг друга не иначе как «старик» и «мальчик». Ну, а как вам незабвенное «браво!» Иствуда, сопровождающее каждое успешное действие полковника. Их отношения пронизаны взаимным соперничеством, и вместе с тем большим уважением. В одном из финальных диалогов на вопрос одного «Как на счет партнерства?» другой отвечает «Возможно, в другой раз!» Но другого раза не будет. По сюжету «Хорошего, плохого, злого» они оказались противниками. Так что нам остается ловить момент, наслаждаясь экранным дуэтом Иствуда и Ван Клифа, всем сердцем сопереживая их приключениям. В награду за участие мы получаем восхитительную по сочетаемости напряжения и расслабления концовку, в которой нашлось место элементам занимательной арифметики.

Все, снова можно дышать.

ХОРОШИЙ, ПЛОХОЙ, ЗЛОЙ


«В каждом из нас есть капелька от «Хорошего, плохого, злого»


Серджио Леоне. Гражданская война. Жаркая и удушливая пустыня. Три товарища, три соперника, три врага. Кому достанется джек-пот в 200 тысяч долларов? Так или иначе, трем людям придется объединить свои усилия, чтобы заполучить заветный приз. Связанные одной целью они идут вперед, и тому, кто попадется им на пути, несдобровать. Или может в творящемся вокруг аду изменилось само время а, соответственно, и враги, и теперь уже в опасности трое одиночек? Тот, у кого окажется самый быстрый револьвер и стальные нервы, выйдет победителем. Смогут ли все трое дойти до конца, остаться в живых и разбогатеть? Или им так и суждено остаться безмолвными призраками в мертвых и враждебных песках?


В 1966 году в свет вышла заключительная картина из знаменитой «долларовой трилогии» итальянского режиссера Серджио Леоне под названием «Хороший, плохой, злой». Леоне поставил, пожалуй, один из самых неоднозначных вестернов в истории кино. Итальянец набело переписал все действующие законы жанра, добавив к получившемуся блюду несколько фирменных режиссерских специй. «Хороший, плохой, злой» -олицетворение спагетти-вестерна и одна из его недосягаемых вершин. Это было, несомненно, достойное окончание всей достаточно необычной по меркам того времени серии. Своеобразный венец. Необычность заключалась в том, что формально во всех частях трилогии одним из главных персонажей был так называемый «Человек без имени» (Клинт Иствуд). Только каждая картина сама по себе автономна и представляет собой отдельный фильм, не связанный с остальными лентами серии. Но об этом немного позже.

Серджио Леоне - безусловно, профессионал с большой буквы, но фильм делал не только он. Окинем взором его верную команду. Ведь не секрет, что от сторонников режиссера зависит многое в окончательном успехе. Данный принцип подтверждается, как Кэро-лом Ридом («Третий человек»), так и самим Серджио Леоне («Однажды на Диком Западе»). Выделим четырех наиболее значимых соратников.

ОПЕРАТОР - Тонино Делли Колли. Наверное, один из самых лучших представителей своей профессии ушедшего 20-го века. Именно он нашел для Леоне деньги на первый фильм «долларовой трилогии». «Серджио Леоне сильно повезло, хотя он и был чертовски талантливым режиссером» - говорил впоследствие Делли Колли.

СЦЕНАРИСТ - Лучано Винченцони. Автор сценария фильмов Леоне - «На несколько долларов больше», «Хороший, плохой, злой» и «За пригоршню динамита».

ПРОДЮСЕР - Альберто Гримальди. К концу 60-х сколотил состояние на постановках спагетти-вестернов. Быстро принял под «крыло» Серджио Леоне, который на его деньги поставил «На несколько долларов больше» и «Хороший, плохой, злой». Помимо этого на его счету почти все фильмы таких маститых режиссеров жанра, как Серджио Соллима и Серджио Корбуччи.

КОМПОЗИТОР - Эннио Морриконе. Гениальнейший композитор современности. Многие из его мелодий прочно ассоциируются именно с работами Серджио Леоне. Морриконе как-то признался, что Леоне просил его писать саундтрек до начала съемок (хотя обычно делают наоборот), он любил ставить актерам на съемках музыку, которая будет звучать в этот момент в фильме, чтоб они лучше чувствовали сцену.

Прошло уже больше сорока лет, а вестерн Леоне был и остается несомненной классикой. Он стал своеобразным феноменом. Его растащили на цитаты, по нему учились снимать будущие известные режиссеры современности, такие, как Джон By, Квентин Тарантино, Роберт Родригес и Стивен Спилберг. Некоторые сцены из вестерна «Хороший, плохой, злой» повторяли в отечественном кинематографе: в фильмах «Неуловимые мстители» и «Свой среди чужих, чужой среди своих». Леоне разрушил старый миф и на его обломках создал новый, со своими правилами и канонами. Дальше начинаются события, коим было суждено превратиться в легенду.

В шестидесятые годы прошлого века жанр вестерна понемногу умирал. Сложилась ситуация, описанная у классиков -нужно было что-то срочно менять. Традиции Джона Форда, Фреда Циннемана и прочих одряхлели, и нуждались в пересмотре. Бравые и доблестные ковбои, сильные и чуточку усталые от постоянных перестрелок и спасений деревень, в целом, и симпатичных дамочек, в частности, порядком надоели зрителю. Леоне неоднократно повторял - «Вестерны утонули в психологии, Запад был завоеван простыми людьми, и вот эту силу и простоту я и пытаюсь показать в своих картинах».
Столь нехитрой формулы и придерживался режиссер по ходу всей трилогии. Его персонажи совсем не герои в привычном смысле этого слова. Им не свойственны переживания и раздумья.

Леоне развеивает героическую ауру солдат удачи, не стесняется демонстрировать на экране насилие (что потом развяжет руки многим режиссерам, пришедшим в кинематограф после него) и всячески отнимает у зрителя возможность привязанности и сочувствия.

По сути, вольный стрелок, кочующий из серии в серию - не один и тот же персонаж. Однако если немного расширить рамки восприятия, то «Человек без имени» - жанровый архетип, эволюционирующий от фильма к фильму, начисто лишающийся клишированности оставшегося от предыдущих работ. Человек у Леоне меняется вместе с ходом истории. С каждой картиной трилогии герои становятся все жестче. Ведь они поставлены на грань выживания, а в таком положении не до романтических поступков. «Хороший, плохой, злой» - не столько о войне, сколько о людях, оказавшихся в сложных обстоятельствах и объединенных одной общей целью.

Хитрый режиссер намеренно запутывает зрителя, демонстрируя в последнем фильме не только вышеупомянутого невозмутимого Иствуда в фирменном нестиранном пончо, но и персонажа Ли Ван Клифа. А если бы итальянцу удалось привлечь (как и задумывалось) на роль Злого еще и Джана Марию Волонте, то на съемочной площадке воссоединился бы весь оригинальный состав картины «На несколько долларов больше». Сюжет закольцован, и разыгрывают его одни и те же герои. Но всякий раз с новыми оттенками. С каждым последующим фильмом «трилогии» у Леоне растет количество главных персонажей. Теперь их трое: злой, плохой, хороший.

Деление это крайне условное. Даже рекламный плакат не дает однозначного ответа -кто есть кто, портреты хаотично разбросаны. Ведь с равным успехом каждый из них мог стать и хорошим, и плохим, и злым. Мораль в условиях войны зачастую теряется, и на ее место приходят совсем иные силы.

Вступительные музыкальные аккорды Эннио Морриконе на фоне простеньких титров сразу задают тон всему повествованию. Бескомпромиссному и грозному, как завывание гиен, где выстрел из револьвера напоминает короткий и быстрый треск хлыста, и от одной доли секунды зависит человеческая жизнь. Леоне последовательно использует мотивы прошлых двух частей, подводя итог всей проделанной работе - будь то служба сразу двум хозяевам или погоня за «потенциальной» жертвой.

Блондинчик, Ангельские глаза и Туко. Последние из своего рода. Ничему за жизнь не научившиеся, кроме того, как метко стрелять. Но теперь они вымирающий вид, и им необходимо держаться вместе. Эпоха заработки легких денег ушла. Теперь каждый крестьянин имеет оружие и способен защитить себя. Блондинчик (Клинт Иствуд) и Туко (Элай Уоллак) промышляют обманом честного населения, устраивая показные шоу, а Ангельские глаза (Ли Ван Клиф) выполняет заказы конкурентов, приводя в исполнение приговоры. Все меняется в тот день, когда бандиты узнают о пропаже в пустыне крупной партии золота. И каждый понимает, что вот он шанс, самый последний. И все трое вгрызаются в него зубами. Начинается самое странное и запоминающееся путешествие в истории кино. Блондинчик, Туко и Ангельские глаза -три составляющих одного большого паззла, ключа к сокровищам. Их дорога протекает сквозь разоренную страну, через границу двух государств. Путь напоминает собой постапокалиптическую картину: горы трупов и умирающих, разрушенные здания, выжженные поля. Леоне безжалостен к своим героям. Они лишь бледные тени былой славной эпохи. Творимое ими насилие в стократ перекрывается бесчинствами, творимыми на войне. И в этом хаосе есть лишь одна цель - добраться до денег раньше, чем остальные. Жизнь и золото приобретают равнозначный смысл в глазах авантюристов. Через призму вестерна режиссер иносказательно выражается по мучившим его проблемам. История циклична и в прошлом Леоне видит то, что было с нами совсем недавно рядом.

«Мы выбрали вестерн, потому что он был для нас сродни «велосипеду» или «автомобилю», - говорит режиссер. - «Велосипедом» для Чаплина была комедия. Ведь через юмор проще всего высказывать политические идеи. Сегодня мы создали «спагетти-вестерн» и можем говорить через него. Что такое «Хороший, плохой, злой», если не преклонение перед Чаплиным? Самая его известная фраза из Месье Верду: «Одно убийство - преступление, тысячи убийств - геройство...» Нона деле имелся ввиду: Трумэн, Черчилль, Гитлер... Ключ к «Хорошему, плохому, злому» - фразэ Туко «Никогдэ не видел, чтобы столько людей попусту теряли жизни». А также: репетиция оркестрэ, которэя заглушает крики мучаемого Туко - это прямая аллюзия на то, что нацисты делали с евреями».

А здесь и сейчас важно лишь у кого не дрогнет рука. Музыка, «мексиканский стэнд-офф» (когда три человека одновременно направляют друг на друга оружие), крупные сверхпланы, по которым отчетливо видно внутреннее напряжение героев, и минуты, длящиеся целую вечность. В этот миг нет хороших и плохих - есть быстрые и мертвые. Итальянец не только создает собственный мир, но и не забывает о предыдущем опыте. Правда в трактовке Леоне это, скорее всего, пародия и стеб, будь то отдельные киноцитаты из «Кавалеристов» (1959) или целые фразы, вложенные в уста героев из «Моей дорогой Клементины» (1946) режиссера Джона Форда.

«Я не могу видеть Америку иначе, как глазами европейца. Очевидно, это завораживает и ужасает одновременно».

«Есть только одно различие между самураем и убийцей: самураев знают много веков, а наемных убийц несколько десятков лет. Больше они ничем не отличаются».


Это тоже слова знаменитого итальянца. Человека, со стороны увидевшего истинную сущность Америки, развенчавшего голливудские представления о собственной истории. В замедленном ритме повествования, подчеркнутой натуралистичности происходящего и полной аутентичности прослеживаются черты неповторимого стиля автора. Подарившего миру совершенную во всех смыслах трилогию.

Позднее, когда Леоне окончательно переберется в Голливуд, он скажет: «Мне кажется, сегодня качество кино подвергается опасности сильно ухудшиться, потому что картины превращаются в ребяческое времяпрепровождение». Кому, как не ему это знать. Человеку, не испугавшемуся поломать сложившиеся каноны. Итальянец всегда старался снимать кино высшей пробы, независимо от жанра. И ему это почти всегда удавалось.

«В каждом из нас есть капелька от «Хорошего, плохого, злого». Знаток человеческой природы итальянец Серджио Леоне весь в этой фразе. Он сам и хороший, и плохой, и злой. Гений.

ЛУЧШИЕ ЦИТАТЫ ТРИЛОГИИ



- Если человек-с-пистолетом встретится с человеком-с-ружьем -чвловек-с-пистолетом будет мертв! (Рамон Рохо, первый фильм).
- Вы понимаете, такое дело - мой мул очень расстроен. Я-то понимаю, что вы
шутили, а вот мул шуток не понимает. Конечно, если вы извинитесь...
(«Человек без имени», первый фильм).
- Сверху все кажется другим... («Человек без имени», первый фильм).
- Если хочешь убить человека - тебе следует стрелять в самое сердце. (Рамон Рохо, первый фильм).
- Скажите, допустим, я - бандит. Да самый отъявленный в округе. Скажите, в
какой банк я бы пошел?
(Даглас Мортимер, второй фильм).
- Мне, наверное, стоит уйти, пока ты не разозлился... (Мэнко, второй фильм).
- Что-то не так, мальчик?
- Все нормально, старик. Просто счет не сходился...

(Даглас Мортимер, Мэнко, второй фильм).
- Хватай свой револьвер, как только закончится мелодия. Попробуй убить меня. (Индеец, второй фильм).
- Существует два типа шпор. Первые заходят в дверь. Вторые лезут в окно. (Туко, третий фильм).
- А после еды. что может быть лучше сигары? (Блондинчик, третий фильм).
- Веревка на шее - еще не конец. Даже у самых отъявленных злодеев есть ангел-хранитель. У этого - он белобрысый... (Ангельские глаза, третий фильм).
- Бог с нами - потому что Бог ненавидит северян! - Бог не с нами - он ненавидит идиотов... (Туко, Блондинчик, третий фильм).



ЗА ПРИГОРШНЮ ДИНАМИТА


Самый малоизвестный (наряду с первыми работами) в России фильм Серджио Леоне. Основная причина этого видится в том, что после «долларовой трилогии» от режиссера ждали очередного спагетти-вестерна, а получили философскую драму о революции. Причем, несмотря на то, что события фильма происходят на фоне революции в Мексике (1910 - 1917), Леоне взял за основу Революцию в общем, как событие, не имеющее временных и территориальных рамок. Потому о достоверном изображении конкретно взятой гражданской войны в Мексике начала двадцатого века можно забыть. Помимо использования в военных действиях еще не изобретенного оружия и средств передвижения, это выразилось в вовлечении в Революцию главных героев фильма, что, в свою очередь, привело к значительным последствиям в развитии событий и оказало большое влияние на изображенные в фильме военные действия. Вместо развлекательного приключенческого зрелища Леоне рассказал историю о судьбах людей, так или иначе вовлеченных в борьбу за свободу, чего массовый зритель никак не мог ожидать. Возможно, свой вклад внесли и политические темы, раскрытые в фильме, они никак не могли в те годы прийтись по вкусу тем, кто решал, какое именно кино с Запада будет смотреть советский зритель.

Два совершенно разных характера встретились и по воле судьбы приняли действенное участие в Революции. Впрочем, двигали ими совершенно разные мотивы. Хуан хотел лишь при помощи динамита осуществить свою мечту, а Джон совершенно не хотел ему в этом содействовать. Он просто хотел жить дальше, забыв о прошлом. Но вмешательство в его дела Миранды привело к тому, что теперь он на стороне повстанцев и участвует в плане по освобождению Меса-Верды от сил правительства, и в отместку Хуану, не раскрывая деталей, привлекает его в освобождение политических заключенных, что делает последнего великим героем Революции. Против собственной воли.

Лишь поначалу фильм походит на предыдущие работы Леоне. Пустыня, перестрелки, дилижанс и грабители, интересные и харизматичные персонажи. А далее - драма двух людей на фоне трагедий сотен тысяч. Простой бандит вопреки своим желаниям становится героем, освободителем Мексики. И испытывает на себе все тяготы гражданской войны. Несмотря на все его жизненные взгляды, события разворачиваются так, как он и говорил -бедные умирают. Причем, не осознавая до конца, за что же именно. Даже если им и не нужна эта свобода, страдают обычные люди. А убежденный революционер увидит оборотную сторону войны за свободу. И поймет, что неграмотный бандит прав. И что все его идеалы - ничто. И книга Михаила Бакунина «Патриотизм» летит в грязь на мексиканской земле. А в это время вокруг сотнями расстреливают всех, кто не согласен с правящим режимом.
До «За пригоршню динамита» Серджио Леоне лишь раз высказывался на подобные темы - в фильме «Хороший, плохой, злой». Здесь же фильм наполнен мыслями режиссера на тему революции в частности. А саму идею снять «За пригоршню динамита» навеяли молодежные волнения конца 60-х. В начале 70-х еще было живо поколение людей, которые были свидетелями не только первой и второй мировых войн, но и триумфа фашизма. В одном из интервью Леоне назвал «За пригоршню динамита» сверх-политическим фильмом.

Потому рассматривать этот фильм лишь как драму на фоне мексиканской революции - неверно. Так же, как и искать в нем исторические недостоверности. Серджио Леоне не руководствовался лишь одной из многочисленных войн за свободу и независимость конкретного народа.

Фильм снят в стиле предыдущих работ мастера. Все те же малореалистичные и зрелищные перестрелки, все то же обилие крупных планов. Снова во главе фильма интересные личности со своими твердыми убеждениями. И все та же невысокая цена жизни человека.

И, как водится, - отличное воплощение актерами своих персонажей. Род Стайгер и Джеймс Кобурн великолепно справились со своей задачей и не сыграли, а прожили жизни своих героев. Их заслуга в высокой оценке зрителей тем более велика, что перед началом съемок не была прописана и половина диалогов. И большая их часть в итоге стала импровизацией актеров. Дружба, не сразу зародившаяся в главных героях, - очень интересный ход режиссера. Поначалу очень разные во всем характеры через тяжелые испытания приходят к общему пониманию и восприятию событий. В финале Джон и Хуан - уже не люди с противоположными взглядами на жизнь, а настоящие друзья. А раз два человека различными путями пришли к одному заключению, значит оно верно. И Революция в этом фильме - то Зло, которому можно противостоять лишь объединенное человечество...

В целом, «За пригоршню динамита» - очень любопытный проект Серджио Леоне, имеющий очень мало общего по своему наполнению с его предыдущими работами.
Ренат Гарипов


ОДНАЖДЫ НА ДИКОМ ЗАПАДЕ


Как только вспоминаешь о нетленном шедевре Серджио Леоне, сразу появляется чувство, подобное тому, когда говоришь о чем-то сакральном, вечном, монументальном. Именно таким видится этот фильм с более чем 40-летнего расстояния. 1968-ой вообще знаковый год для всего мирового кинематографа. Ведь в то время когда за океаном Стэнли Кубрик на пару с Артуром Кларком творили будущее всей кинофантастики, а Ромеро навсегда изменял жанр хоррора, Леоне снимал один из последних (будем честны, сейчас вестерн явно не в почете у современных кинематографистов) шедевров столь любимого в народе жанра.

Казалось бы, после «долларовой трилогии» сделать что-то эдакое в жанре практически невозможно. Правда, сам Леоне на пару со своими не менее знаменитыми сценаристами Бернардо Бертолуччи и Дарио Ардженто посчитали иначе, вместе написав сценарий к одному из лучших и, в то же время, самых нетипичных представителей жанра.
Занятный факт, но, начиная с первого фильма трилогии, хронометраж его картин только рос, достигнув своего максимума именно в «Западе». Такое ощущение, будто самый знаменитый одноклассник Эннио Морриконе только входил во вкус и с каждой картиной наслаждался своей работой все больше и больше.

Попробуйте пересказать события первого часа фильма зрителю, не знакомому с этой картиной, и собеседник посмотрит на вас, недоуменно взметнув кверху брови. Зато смотреть (а уж тем более пересматривать) этот час - незабываемое удовольствие. Минимум действия, максимум крупных планов и пейзажей (хотел сказать
«Дикого Запада», но он там только по сценарию). Квинтэссенцией этого часа является вступительный эпизод с тремя «встречающими» на вокзале, а особенно сцена с мухой, ползающей по лицу у чересчур ленивого ковбоя. Как она была снята - для меня до сих пор является одной из самых больших загадок кинематографа. Поговаривают, в этой сцене по изначальной задумке должна была сыграть троица из «Хорошего, плохого, злого», что должно было быть приветом себе любимому. Впрочем, не сложилось, да и троица, уверен, не желала столь скоропостижной печальной участи. И хоть три часа экранного действия при желании можно пересказать одним небольшим абзацем, скучно и нудно не становится ни разу. И тому есть несколько причин.

Солирует здесь Чарльз Бронсон, герой которого неоднозначен настолько же, насколько героичен и неуязвим. Неоднозначность и легендарность его столь велика, что в свое время всплыла версия о том, что он никто другой, как некий Ангел Смерти в светлом одеянии, встреча с которым не заканчивается ничем хорошим, притом он всегда появляется в нужное вцемя в нужном месте. Сложно подозревать Серджио Леоне в мистических пластах своих картин, но где-то тень сомнения (ввиду участия в написании сюжета Дарио Ардженто) закрадывается. В любом случае, Бронсон просто блистает в своей роли, и понимаешь это лучше всего в самом финале, когда становится ясна сила, им движущая. Другим столпом, на котором держится весь фильм, является Генри Фонда. Ради участия и сверкающего не по-дикозападному голубого взгляда которого Леоне приложил немало усилий, и который ближе к финалу разыграл отличное противостояние с Гармошкой - героем Бронсона.

Джейсон Робардс, играющей бандита Шайяна, то и дело источающего настоящую житейскую мудрость, создал очень живой и симпатичный персонаж, к которому, несмотря на его титульную деятельность, вовсе не питаешь плохих чувств. Бандит-весельчак с грустным взглядом - настоящее олицетворение духа этого произведения.

И если за возможную мистическую составляющую отвечал Ардженто, то никаких сомнений нет в том, что за «женскую» часть отвечал Бернардо Бертолуччи. В то время, когда вестерн являлся классически мужским жанром, и где даже по сюжету роль женщин сводилась, максимум, к роли прислуги, «Однажды на Диком Западе» представляет собой нетипичный именно в том плане фильм. Ведь женщина здесь не просто одно из действующих лиц, но и ключевой персонаж, объединяющий вокруг себя брутальные мужские характеры. Просто восхитительная роль Клаудии Кардинале, поражающая своей неоднозначностью. Ведь определенно положительной, равно как и отрицательной, характеристики привести невозможно, описывая ее героиню. «Запад» делает, казалось бы, невозможное - с одной стороны поет оду женщине, а с другой - так же жестоко и безоглядно ее растаптывает. И когда, с точки зрения мужчины, все заканчивается благополучно, любая женщина скажет вам, что чуть ли не самую большую свою потерю героиня несет именно в этот как бы счастливый момент.

Говорить о фильме и не восхититься музыкой Эннио Морриконе - правило дурного тона. В кинематографе с появлением звука, музыке в фильме всегда отводилось особое место. Так остается и по сей день. Саундтре-ки бывают хорошие, бывают и не очень, но такое органичное единение картинки, замысла режиссера и актерской игры с музыкальным сопровождением можно пересчитать на пальцах обеих рук. Один из лучших режиссерско-композиторских и просто дружеских дуэтов не дал осечки ни разу, а в этом случае попадание было и вовсе стопроцентное, разбившее яблочко вдребезги.

И хоть здесь есть все атрибуты, присущие вестерну, вроде лихих дуэлей, черного юмора, суровых мужских персонажей и интерьеров классических салунов, тонкие моменты картины делают ее очень близкой практически любому зрителю, тем самым, превращая фильм с эпическим названием «Однажды на Диком Западе» в практически эталонный образец жанра. Еще одно свидетельство народной любви - очень стойкое закрепление фильма в первой двадцатке небезызвестного топа на IMDB, а главное - занятое место в зрительских сердцах.
Тарас Сасс


ЖЕНСКИЙ ВЗГЛЯД НА МУЖСКОЕ КИНО


Миф о делении кино на мужское и женское был придуман давно. Возможно, и тут не обошлось без радикально настроенных женоненавистников и вездесущих феминисток, а может, все дело в том, что желание разделять присуще нам от природы, и с этим ничего не поделаешь. Испокон веков заведено, что те фильмы, в которых царят сильные чувства и зашкаливают эмоции, принято называть женскими, соответственно поверхностными, в сущности своей пустыми, а что-то серьезное, неимоверно крутое и умное - конечно же, считают по большей части мужским кино. А что может быть серьезнее и круче крепкого боевичка? Правильно - старый добрый вестерн. Самое мужское и, вроде бы, самое американское. Два заблуждения в одном флаконе. И трилогия Серджио Леоне с легкостью опровергает оба этих утверждения. Вестерны и комиксы - великое американское все, известный факт. И если комиксы по-прежнему остаются чисто американским кино-аттракционом, то вестернам пришлось в свое время все же сменить основную страну-производителя. В далеком 1964 итальянский режиссер и его команда смогли снять картину о приключениях бесстрашных мужчин в пыльных шляпах ничем не хуже американских аналогов. Вернее, лучше. И совсем не только special for men. He верите? Пожалуйста, еще один взгляд на каждый фильм из трилогии Леоне. На этот раз чисто женский.


ЗА ПРИГОРШНЮ ДОЛЛАРОВ
Когда герой Клинта Иствуда впервые появляется в кадре, въезжая в город, и когда только начинает звучать музыка Эннио Мо-риконе - уже тогда каждая уважающая себя барышня с трепетом приковывает свой томный взгляд к экрану, не в силах оторвать его и отвлечься от происходящего сугубо мужского действа. Необычайно стильная, красивая картинка, простые, но в то же время тонко построенные диалоги, мгновенно запоминающиеся фразы, музыка, сюжет, который не дает заскучать ни на секунду, даже когда в кадре, казалось бы, не происходит ничего особого. Красоту кадра способен оценить каждый более-менее разбирающийся в кинематографе человек. Для этого не нужно быть гением, знатоком, ценителем и тем более мужчиной. Стиль, вот что удается почувствовать с первых минут. Непревзойденное чувство стиля, верность выбранной единожды манере съемки. Картину отличает некоторый минимализм в изобразительных средствах, неторопливость повествования, соседствующая с постоянной сменой действия, однако стоит отвлечься на минуту, и ты ощущаешь, что тобой было упущено нечто важное.

Сюжетная схема первого фильма трилогии наиболее проста, однако из-за некоторой однобокости в раскрытии характера главного персонажа, не все в ней так ясно, как хотелось бы. С одной стороны -это причина назвать героя Иствуда «картонным», а с другой - именно это придает ему таинственности, загадочности, а, соответственно, вызывает интерес и желание увидеть его еще раз, чтобы попытаться раскрыть загадку его личности. При попытке рассмотреть какой-то смысл в действии главного героя вы рискуете оказаться в дураках, потому как смысла особого, по большому счету, в его действиях нет. Смысл заключен в названии - «За пригоршню долларов». Возможно, нам, барышням, не дано понять мотивацию некоторых поступков: риск за деньги, тотальное свободолюбие и нежелание связывать себя какими-то узами. Однако представление о чести, достоинстве, храбрости у нас все-таки тоже имеется, потому оценить поступки героев мы можем. Исходя из того, что героя судят по поступкам, можно придти к выводу, что к концу ленты каждая вторая представительница прекрасного пола будет готова повесить постер Клинта Иствуда у изголовья кровати в своей светелке, недоумевая, куда же нынче подевались такие вот мужчины.

О характере героя по первому фильму можно сказать не так-то и много. Помимо того, что он стреляет быстрее всех, он так же предстает как верный друг и защитник, способный помочь возвращению несчастной женщины к семье, раз ее муж не способен был сделать этого сам.

Что поделаешь, не у каждого помимо физической силы, сноровки, имеется так же безрассудство пойти на целый преступный клан. Сильный, мужественный, загадочный, всегда знающий, чего он хочет, и всегда добивающийся своей цели - таким предстает герой Иствуда перед нами в первой части трилогии, таким он и останется до конца.

Тут, пожалуй, и следует чисто по-женски сказать пару слов об образе главного героя, «Человека без имени», а также и его исполнителе Клинте Иствуде. Если мужская аудитория в один голос скажет, что его персонаж невероятно крут, то женская к этому добавит что-то вроде, «а так же чертовски привлекателен и харизматичен». Сдержусь, чтобы не оценивать внешние качества Иствуда и обращусь к воссозданному им образу, ибо он действительно того стоит. Его внешность, его одежда, его мимика, манера стоять, вести разговор, стрелять, его взгляд с прищуром - все это настолько гармонично, что ничего другого (и никого другого на его месте) вы просто представить себе не сможете.

НА НЕСКОЛЬКО ДОЛЛАРОВ БОЛЬШЕ
Прибавилась сумма, увеличилось число главных персонажей. На этот раз «Человек без имени», желая убрать злостных нарушителей порядка во главе с мексиканцем по кличке Индеец, встречает на своем пути полковника Мортимера, который также жаждет смерти главаря банды. Но если героя Иствуда интересует в этой истории материальная сторона вопроса - а именно награда за убийство членов банды, то персонаж Ли Ван Клифа Мортимер действует отнюдь не из-за денег. Повстречавшись, они либо станут соперниками, либо превратятся в соратников. Долларов хватит на всех, мишеней для упражнения в стрельбе - тоже.

Этот фильм, кроме прочих своих достоинств, имеет небольшую сюжетную предысторию, не связанную непосредственно с с судьбой героя Иствуда, которая красной нитью проходит сквозь все повествование, а именно - давняя история полковника Мортимера и Индейца. То, почему для Мортимера так важно свести личные счеты с Индейцем. История мести. В этой части герои обретают фактур-ность, характер, выглядят менее картонно и однобоко.

Даже отрицательные персонажи, вернее, тем более - отрицательные. Что особенно хорошо удается Леоне, так это прорисовка образов, буквально с помощью нескольких штришков - и вот перед вами цельный, яркий запоминающийся персонаж, к которому испытываешь всю гамму эмоций. Также хочется отметить то, какое внимание Леоне уделяет мелочам. Некоторые из них впоследствии становятся очень значимыми, к примеру, часы, какие-то так и остаются небольшими дополнениями к изображаемой истории.

Отдельно хочется сказать о музыкальной составляющей, а именно о мелодии на часах, которая сопровождает ряд сцен, связанных непосредственно с персонажами полковника Мортимера и Индейца. Удивительно простая и в то же время прекрасная, она передает весь спектр чувств и эмоций -сожаление, боль утраты, ностальгию, злость, ревность. Она делает образ главного злодея в чем-то трагичным, живым. Финальная схватка между Мортимером и Индейцем, почему-то, не дарует ощущение полного удовлетворения, несмотря на то, что традиционное добро побеждает зло. Однако Леоне все же удалось закончить картину на чисто позитивной ноте, сцена перевода тел убитых бандитов в доллары -гениальна.

ХОРОШИЙ, ПЛОХОЙ, ЗЛОЙ
«Человек без имени» вернется к нам вновь в заключительной части трилогии. Он уже не является единственным главным героем. Теперь, как видно из заголовка, к нему присоединятся еще двое и вместе они образуют вполне любопытное трио. Хороший, плохой, злой. Волей случая они будут вынуждены то и дело пересекаться, ибо их свяжет единая цель. Не такая уж благородная и не такая уж редкая - деньги. Действие картины обретает на этот раз небывалую масштабность в первую очередь из-за того, что на заднем фоне разворачиваются военные действия. Изменилась и музыка Эннио Морриконе. Теперь она стала более па-фосной. Это уже не простая, слегка нервная музыка первой части и не загадочная мелодия часов из второй. Это нечто другое, нечто большее.
Рассмотрим очередное заблуждение, что девушкам обязательно необходим идеальный герой с безупречной биографией, незапятнанной совестью, восторженный юноша, правильный, ранимый. Боюсь, что такие образы не привлекали даже барышень 19 века. Какая-то червоточинка, неидеальность - вот что способно вызвать интерес. Так что в лихого ковбоя, моральные принципы которого далеки от идеала, готова влюбиться едва ли не каждая.

Так вот, в третьей части перед нами условно хороший, условно плохой и условно злой. Несмотря на то, что каждый персонаж получил в заголовке такую вот безапелляционную характеристику, думаю, никто не станет отрицать, что образы героев вышли не такими однобокими, какими должны были быть, судя по заголовку. Они являются такими в сравнении друг с другом, каждый по отдельности может оказаться каким угодно.

Третий фильм, благодаря образу Туко, кроме всего прочего отличается огромным количеством ироничных высказываний и общих комедийных моментов. В каждой части хватало подобных слегка комических ситуаций, фраз, которые киноману скажут многое, однако третья часть - это просто кладезь афоризмов и невероятно сильных моментов, хотя бы по части иронии. Это могут оценить все, ведь никто не откажет женщине в чувстве юмора?

К ВОПРОСУ О РОМАНТИКЕ
Когда говорят, что в вестернах отсутствует всякая романтика, возникают сомнения, а знакомы ли люди с правильным толкованием данного понятия.

Сейчас под романтикой многие понимают «конфетно-букетный» период отношений, сопли и слезы в кино. Так вот, романтика в «долларовой трилогии» (не берусь судить обо всех представителях жанра вестерн без исключения) присутствует. Это та самая романтика, о которой говорят, когда вспоминают фильмы о пиратах, разбойниках. Романтика опасности и свободы. И этой самой романтики в вестернах предостаточно, надо лишь ее увидеть. Романтика пыльных шляп, пустынных дорог, свиста пуль. Романтика не должна являться синонимом любви. Романтический герой стремится отнюдь не к этому, а к свободе, к приключениям. Однако если наградой пиратов были сокровища, другими словами - нечто материальное, то почему бы наградой героям вестернов не стать простым долларам.? Не так поэтично, пожалуй, однако каково время, таковы и герои. Как бы меркантильно это не звучало, как бы не приземляло образы героев - это правда, это жизнь. И пусть это несколько принижает градус романтичности в образах, это отнюдь не делает их хуже. А то, что в фильмах напрочь отсутствует любовная линия - это нормально, более того, она была бы здесь лишней, не к месту.

Нетрудно заметить, что в долларовой трилогии образам женщин не то, что бы уделено мало внимания, они там практически полностью отсутствуют. Конечно, это же мужское кино. Хотя в другом фильме Леоне «Однажды на Диком Западе» женщина все же будет выведена едва ли не на передний план, возможно, именно этим мне картина и не понравилась. Так вот, если вы думаете, что барышням так уж интересно наблюдать за перемещениями в кадре девиц в кринолине, корсете и шляпке с пером, вы ошибаетесь. Настоящие мужчины - вот что привлекает девушек е вестернах, прежде всего.
Пускай нам, с нашей женской логикой, может быть непонятна причинно-следственная связь некоторых поступков (или же ее полное отсутствие), возможно, мы видим не совсем то, за что теоретически должны цениться вестерны, и обращаем внимание совершенно на другие аспекты фильма, однако называть вестерн чисто мужским кино, по крайней мере, глупо. Особенно, это касается трилогии Леоне. Хорошее кино способен оценить любой человек, ведь каждый откроет в нем что-то свое.
Алина Ермолаева


ЛИЧНОЕ ДЕЛО. КЛИНТ ИСТВУД.



Клинт Иствуд, без сомнения, принадлежит к тем людям, без которых практически невозможно представить кинематограф в целом. Ведь именно ему удалось стать олицетворением целого жанра. Стоит лишь произнести ключевые слова: Дикий Запад, ковбои и т. д., и перед глазами тут же встает угрюмый незнакомец с сигарой в зубах из «долларовой трилогии». А ведь был еще и инспектор Гарри Кэллахан, другой архетипич-ный образ, который тоже не менее важен, только уже для жанра боевика.

Родился Клинтон Иствуд-младший 31 мая 1930 года в Сан-Франциеко. И в 20 лет, после начала войны в Корее, был призван в армию. Однако в военных действиях принимать участие ему не пришлось. Дело в том, что во время одного из тренировочных полетов (Иствуд проходил подготовку на пилота) его самолет упал в море, в 5 километрах от берега. Горе-летчику пришлось вплавь добираться на базу. Расследование причин катастрофы затянулось, и, когда новобранцев отправляли в Корею, Иствуду пришлось остаться. На базе в Монтерее он и прослужил до 1953 года в должности инструктора по плаванию. Там же молодой человек познакомился с актерами Мартином Мильнером и Дэвидом Дженс-сеном, которые посоветовали ему попробовать свои силы в кинематографе.

Иствуд прислушался к их словам и после увольнения из армии начал активно посещать кастинги, в надежде заключения контракта с одной из кинокомпаний. Удача улыбнулась в «Юниверсал». Иствуд заключает контракт и начинает свою карьеру в кинематографе. Он получает совсем небольшие роли (даже не указанные в титрах) в таких «широко известных» картинах, как «Месть твари», «Фрэнсис на флоте», «Тарантул», «Первая женщина-коммивояжер» и др.

В 1958 г. Иствуд получает свою первую главную роль в вестерне «Засада на перевале Симаррон», правда, фильм этот был настолько плох, что молодой человек начинает задумываться о своих дальнейших перспективах и всерьез решает бросить актерство. Но тут ему подворачивается возможность сыграть одну из главных ролей в ковбойском сериале «Сыромятная плеть», которая и приносит Иствуду первую, пока еще локальную, известность. Ну а самое главное значение этого сериала состояло в том, что именно благодаря ему Иствуда и замечает, тогда еще никому не известный итальянский режиссер Серджио Леоне, который лично приехал уговаривать актера сняться в задуманном им вестерне. Клинт, у которого к тому времени предложений было не то что бы в избытке, согласился, и, понятное дело, не прогадал.

В 1968 г., на съемках боевика «Блеф Кугана», у Иствуда состоялась еще одна судьбоносная встреча - с режиссером Доном Сигелом. Вместе они создадут «Грязного Гарри», еще один легендарный кино-сериал, рассказывающий о полицейском инспекторе Гарри Кэллахане, без сомнений идущем на нарушение любых правил, лишь бы не дать преступникам уйти от правосудия. Фильм, премьера которого состоялась 22 декабря 1971 года, породил еще 4 продолжения: «Высшая сила» (1973), «Подкрепление» (1976), «Внезапный удар» (1983) и «Игра в смерть» (1988). Кстати, режиссером «Внезапного удара» стал сам Иствуд, который занял место по другую сторону камеры еще в 1971 году, дебютировав с триллером «Сыграй мне перед смертью», в котором сам же и исполнил главную роль популярного ди-джея, преследуемого сумасшедшей фанаткой. Следующим фильмом, снятым Иствудом, стал, что не удивительно, вестерн «Бродяга высокогорных равнин», продолжающий историю безымянного стрелка.

Продолжая активно снимать картины в 70-х, Иствуд не забывает и о съемках у других режиссеров. Так, он появляется в комедии «Как ни крути - проиграешь» (где он играет в дуэте с орангутангом) и в еще одном знаковом фильме «Побег из Алькатраса». 80-е проходят более спокойно - Иствуд практически не участвует в посторонних проектах, но и сам не снимает явно заметных картин, исключение здесь составляет лишь биографическая лента «Птица», посвященная джаз-музыканту Чарли Паркеру, роль которого с блеском исполнил Форест Уитакер. В 1992 г. Иствуд закрывает для себя тему вестерна, снимая фильм «Непрощенный», и получает свой первый режиссерский Оскар (сама картина также удостаивается престижной награды). Ну а в следующем 1993-м, по иронии судьбы, состоялся и последний выход Иствуда как героя боевика. Произошло это в триллере Вольфганга Петерсена «На линии огня». Данная картина стала последней ролью Иствуда у постороннего режиссера. Отныне он будет играть только в своих фильмах.

И практически каждое вышедшее после этого творение Иствуда-режиссера становится заметным событием. Это и мелодрама «Мосты округа Мэдисон», и триллер «Абсолютная власть», и фантастическая комедия «Космические ковбои», и драма «Таинственная река». И, оска-ровский лауреат, спортивная драма «Малышка на миллион». Вообще, работоспособности 79-летнего Иствуда можно только позавидовать. В 2006 году он выпускает две военные драмы «Флаги наших отцов» и «Письма с Иводзимы», а в 2008 триллер «Подмена» и драму «Гран Торино», главная роль в которой стала последней актерской работой Иствуда. Правда, о режиссуре он обещал не забывать. И уже на этот год намечен выход драмы «Человеческий фактор», посвященной Нельсону Манделе.



Гаррио Снегирев, Серджио Сысойкин, Юрио Хамнаев
Нравится
 
Комментарии:
1. Евгений Северин 12.07.2009 23:34
Ахтунг! Программа не распознала биографию Леоне! ВООБЩЕ. Так что, кто сможет - поместите ее рядом с био Иствуда в теге цитат или скиньте мне в ПС
2. Игорь Талалаев 24.07.2009 09:34
Странно. Ну ничего, основная часть статьи влезла - и ладно.
Дайджесты
Номера
Вы не вошли на сайт!
Имя:

Пароль:

Запомнить меня?


Присоединяйтесь:
Онлайн: 0 пользователь(ей), 39 гость(ей) :
Внимание! Мы не можем запретить копировать материалы без установки активной гиперссылки на www.25-k.com и указания авторства. Но это останется на вашей совести!

«25-й кадр» © 2009-2017. Почти все права защищены
Рейтинг@Mail.ru
Наверх

Работает на Seditio