Редакция традиционно делится своими домашними просмотрами: было российское и зарубежное кино, полный метр и сериал.


Предпочитаете смотреть фильмы в скромном одиночестве, либо в близком кругу у себя дома, а не в кинотеатре? Не знаете что бы эдакого посмотреть? Мы подскажем.

---

Безусловная победа российского стриминга – и это во время пандемии, когда пресловутое мракобесие не шагало по контенту и ещё многое было дозволено: вплоть до того, что на ТНТ в эфирное время показывали подобную жестокость (пускай и с «купюрами»). Российский опыт в «королевской битве» оказался как нельзя кстати: сейчас многие зрители могут себя почувствовать в подобной «игре» из-за общественно-политических событий. Тем не менее, актуальность (очевидно, что создатели её и не особо продумывали, а многие, кхм, «либеральные» сюжетные элементы были вызваны желанием продюсеров продать «Игру на выживание» на зарубежные стриминги) позволяла сериалу настояться – сейчас во времена немного блеклого и откровенно беззубого сериального формата, представители которого растут как на дрожжах, нужно что-то взбалмошное типа подобного.

Шестнадцать человек разных профессий и характеров (среди которых, скажем, Александра Бортич и Алексей Чадов в роли самих себя/своих лирических образов) принимают участие в шоу а-ля «Последний герой»: выжить в тайге, полагаясь лишь на помощь друг друга и, как заявляет Верник, ведущий снимающейся телепередачи, «оставаться человеком». На вторые сутки съёмочная группа таинственным образом исчезает. Вскоре герои сталкиваются с одной опасностью за другой: от карикатурных (хотя на это есть причина) сбежавших зэков до, внезапно, восставших мертвецов и маньяка в стиле «Пилы». Счастливых вам «Голодных игр»!

Вряд ли «Игру на выживание» можно назвать творческим или даже оригинальным – были произведения на эту же тему (пресловутая финчеровская «Игра») и куда лучше. Но «Игра на выживание», всё-таки, проект отечественный, поэтому многие ходы выглядят нестандартно именно для нашего российского сериальчика: те же Верник, Чадов, Бортич, которые играют самих себя – умный ход, потому что дав им какие-либо роли, зрители всё равно видели бы в них артистов с этими фамилиями, а тут их можно и называть своими именами без зазрения совести. Остальные артисты также стараются. Тем не менее, ко второму сезону фокус спадает и сериал увядает в самоповторах, и даже экзотика Узбекистана не спасает повествование. И всё же первый сезон, несмотря на многие сцены (в том числе и связанные с сексуальной ориентацией некоторых героев и поднимаемые табуированные темы вроде домашнего насилия, полицейского произвола и т.п.) и «жесть», выглядит свежим дыханием. Пускай ко второму сезону «Игра на выживание» попала в ловушку «Остаться в живых», подобный загадочный триллер до сих пор выглядит свежо, особенно когда нечего посмотреть.

---

Афины охватывает эпидемия неизвестной болезни: люди массово начинают терять память. Недуг может застать их совершенно в любое время, так что вызвать скорую при виде такого бедолаги вскоре становится привычной рутиной. Арис попал в больницу из автобуса – не помнил, куда ехал и откуда. Спустя несколько недель память не возвращается, родственники его не ищут, так что врачи предлагают программу по созданию новой личности: новый дом, полное содержание и необходимость выполнения ежедневных заданий с обязательной фиксацией результата на камеру моментальной съёмки. Так проходят дни, недели, но однажды Арис встречает женщину, которая тоже участвует в этой программе. С этого момента жизнь главного героя и его осознание себя постепенно начинают меняться.

Дебютная работа Христоса Нику – фильм одновременно жуткий и необычайно бережный по отношению к зрителю. История потери памяти вследствие неизлечимой болезни на самом деле оказывается способом пережить тяжёлую психологическую травму, после которой единственное, что хочется искренне и от всего сердца – перестать существовать. Арис постепенно, по кусочкам, пересобирает себя, и в процессе неизбежно пытается всё же примерить новую идентичность, но только для того, чтобы в конце концов найти дорогу к себе прежнему. Почти лишённый диалогов, помещённый в тесный, дискомфортный формат 4:3, фильм предлагает иную, непривычную, оптику, заставляя зрителя испытать всю ту бесконечную глубину внутреннего одиночества и покинутости, которая пытается управлять и главным героем. Так становится ярче и визуальный символизм, и повторяемость моментов, и те детали, на которые чаще всего, влекомые движением сюжета, мы не обращаем особого внимания, стремясь уследить за действием, а не скрытыми за ним смыслами.

Тем не менее, «Яблоки», несмотря на сложную и потенциально триггерную тему, пронизаны нежным светом негаснущей надежды. Больше всего её в общей абсурдности происходящего, в контрастах печального и забавного сюрреализма событий, в которых режиссёр находит необходимый баланс, чтобы не удариться в мелодраму. Наверное, именно так выглядит идеальный фильм для больных депрессией или недавно переживших потерю – дарящий веру в то, что рано или поздно, после всей этой давящей рутины, перманентного желания оторвать от себя важный кусок своей личности, нелепых попыток начать заново, всё сложится именно так, как должно. И в этот момент, память окажется не кривым зеркалом, а окном в другой мир, в котором вовсе необязательно жить постоянно.

---

Несмотря на заслуженную славу мастера хоррора, которую Уильям Фридкин стяжал в 1973-м после премьеры «Изгоняющего дьявола», в дальнейшем постановщик предпочитал работать в самых разных направлениях, почти игнорируя мистику. Единственный раз, когда Фридкин вновь обратился к хоррору, случился в 1990 году, когда режиссер снял «Стража» - мистический фильм ужасов о лесном духе, которому приносят в жертву маленьких детей.

«Страж» никто не называет в числе лучших фильмов Фридкина. Более того, хоррорманы больше ценят поздние саспенсы режиссера «Загнанный» (2003) и «Глюки» (2006), которые, несмотря на полное отсутствие мистики, вполне способны пощекотать нервы. В итоге, в обширном творческом наследии Фридкина (за свою карьеру он снял около 30 фильмов и поучаствовал в нескольких сериалах) «Страж» пребывает на периферии, чему способствует и отсутствие звёзд в главных ролях.

Лента вышла двумя годами раньше культового триллера Кёртиса Хэнсона «Рука, качающая колыбель» (1992), но имеет с этой картиной немало общего в плане сюжета. Фридкин одновременно развивает мотив любовного треугольника (муж семейства увлечен молодой няней), мистическую линию живущего в лесах духа (тут режиссёр не поскупился на несколько зрелищных сцен со спецэффектами) и детективный каркас расследования тёмного прошлого няни заподозрившим неладное главным героем. В отличие от «Изгоняющего дьявола», эту ленту сложно назвать шедевром, однако, Уильям Фридкин в который раз отметился редкой способностью держать у экрана даже привередливого зрителя.

---

Сюжет вращается вокруг простого сантехника Димы Никитина, который во время ночного вызова обнаруживает в старом общежитии огромную трещину. Здание может рухнуть в любую минуту, под его завалами могут погибнуть более 800 человек. Весь фильм – отчаянная попытка героя достучаться до тех, кто может спасти людей: до равнодушных чиновников, до испуганных жены и ребёнка, до апатичных жителей. Но он наталкивается на стену безразличия, лжи и коррупции. Фильм Юрия Быкова «Дурак» – это редкий пример российского кино, которое не просто развлекает, а впечатляет. Это социальная драма, которая держит в напряжении от первой до последней минуты и оставляет в раздумьях после титров. Быков показывает систему, в которой человеческая жизнь ничего не стоит, а чиновников волнует только собственная выгода. Фильм обнажает страшную правду: общество прогнило настолько, что единственный, кто пытается что-то сделать, выглядит на этом фоне «дураком». Это очень горькое, но честное кино.

Режиссура очень хороша, и посвящение фильма своему коллеге Балабанову вполне оправдано. Быков создаёт гнетущую, почти физически ощутимую атмосферу безысходности. Операторская работа с постоянным движением камеры усиливает эффект документальности, будто ты сам находишься рядом с героем. Напряжение нарастает с каждой минутой, и финал, который мог бы быть просто очередной трагедией, бьёт точно в цель своей открытостью и горькой иронией. Артём Быстров хорошо справился с главной ролью: его персонаж не плакатный герой, а обычный уставший парень, который просто не может пройти мимо чужой беды. Очень достоверны и актёры второго плана, создающие портрет общества – от отмороженных чиновников до озлобленных жителей общаги. Особенно хороши Наталья Суркова, Борис Невзоров и Кирилл Полухин, которые эмоционально, но без лишней театральности и в нужные моменты доводили своих персонажей до точки кипения.

Есть и небольшие минусы. Например, Быков бьёт своей мыслью зрителя по голове, не оставляя пространства для собственных выводов. Мир в фильме чётко поделён на чёрное и белое: есть святой сантехник и есть законченные негодяи-чиновники. Полутонов, которые сделали бы историю ещё глубже, к сожалению, здесь почти нет. Да и то, как чиновники при первом встречном начинают исповедоваться в своих грехах и стрелять друг в друга, выглядит неправдоподобно. Это художественный приём, но он немного разрушает ощущение реальности. Это если придираться. А в целом, «Дурак» – фильм, который нужно смотреть. Это сильное, тяжёлое, но очень важное высказывание о современной России, о равнодушии и об ответственности. Своей цели – задеть за живое – он достигает на все сто. Это кино, после которого хочется если не менять окружение, то хотя бы задуматься о том, в каком мире мы живём.

>>> Другие материалы рубрики «На небольших экранах» <<<